Роберто Пьюмини - Астралиск

Астралиск
Название: Астралиск
Автор:
Жанры: Детская проза | Зарубежные детские книги
Серии: Нет данных
ISBN: Нет данных
Год: Не установлен
О чем книга "Астралиск"

Художнику Сакумату поручено расписать изнутри стены дворца, в которых проходит вся жизнь одиннадцатилетнего мальчика, Мадурера. Так начинается путешествие, увлекшее и целиком поглотившее их обоих.

Общение мальчика и художника вырастает в удивительную дружбу, а мир, рождающийся из их совместного творчества, полный образов, красок и волнующих событий, становится не менее реальным, чем тот, что находится за затянутыми марлей окнами дворца.

Для младшего и среднего школьного возраста.

Бесплатно читать онлайн Астралиск


Охраняется законом об авторском праве. Все права защищены. Полная или частичная перепечатка издания, включая размещение в сети Интернет, возможна только с письменного разрешения правообладателя.

Эта книга переведена благодаря финансовой поддержке Министерства иностранных дел и международного сотрудничества Италии.

Questo libro è stato tradotto grazie a un contributo del Ministero degli Affari Esteri e della Cooperazione Internazionale italiano

© Стамова T., перевод, 2020

© Издательство Кетлеров, 2020

Глава первая

Жил в турецком городе Малатье художник по имени Сакумат. Не молодой и не старый, был он в том возрасте, когда мудрые мужи привыкают жить в мире с собственной душой и в согласии с ближними.

Каменистая долина Малатьи не блистала особенными красотами, но это не мешало Сакумату писать удивительные пейзажи. Порой он писал их по воображению, располагая цвета и образы, как заботливый создатель при сотворении мира.

Богатые владельцы стад, торговцы лошадьми или тканями нередко приглашали Сакумата к себе – расписать галерею, добавить комнатам света, заполнить проёмы между окнами радостными красками его живописи. Но даже если бы его работа была никому не нужна, Сакумат и тогда бы писал свои картины, потому что кисти были для него всё равно что пальцы и к каждому мазку незаметно примешивалась капелька его крови.

Что касается его собственных пейзажей, то никто не скажет, где он их подглядел – он и сам этого не знал. Вероятно, их нельзя было встретить нигде на свете и даже ни в одном человеческом сне, но всё же они казались настоящей землёй – осязаемой и полной ароматов. Если смотреть подольше, душа незаметно ускользала из своего дома через окна глаз и переносилась в пространства цвета, полные тишины и покоя.

Глава вторая

Однажды в дверь к Сакумату постучался богатый и знатный незнакомец – на голове у него был низкий тюрбан, как у жителей горных долин, расположенных северней этих мест.

– Ты Сакумат-художник?

– Да, и это мой дом. Кто ты, человек гор? И что привело тебя ко мне?

– Я Кумди, подданный бурбана Гануана, правителя земли Нактумал. По его приказанию я пришёл просить тебя, чтобы ты поднялся к нам в горы и пожаловал к нему во дворец. Он хочет говорить с тобой и поручить тебе одну важную работу.

Сакумат никогда не бывал в тех суровых северных горах. Он отвечал, что сильно занят и не может принять оказанной ему чести.

– Бурбан Гануан, мой повелитель, – продолжал посланец, – предвидел, что путешествие может показаться тебе обременительным. Он дарит тебе своего коня – я привёл его с собой. Ещё он велел передать тебе, что речь идёт об очень большой работе и о столь же большом вознаграждении.

Сакумат любовался красавцем скакуном, который нетерпеливо бил копытом позади коня посланника, и размышлял. Гораздо более, чем щедрый подарок Гануана и сулимые им богатства, его удивило то, что один из славных и гордых правителей гор так настойчиво упрашивал его приехать. Он не стал дольше упорствовать и согласился, добавив, что конь у него есть свой – хоть и старый, но вполне ещё пригодный для такого путешествия. Потом попросил дать ему день – подготовиться и попрощаться с друзьями.

Через день Сакумат погрузил на подаренного коня всё, что нужно было для работы, и оседлал своего старого вороного, который доживал век, мирно пощипывая траву на окраине города.

Перейдя котловину в её понижающейся к северу части, маленький караван оставил город и начал подниматься по краю широкой северной долины. Когда город позади исчез из виду, начались пустынные и засушливые места: по сторонам, среди россыпей серо-розового камня, виднелись то здесь, то там чахлые деревца, словно последние стражи поверженного леса. Из-под копыт по камням разбегались во все стороны стайки коричневых ящериц. Изредка ястребы пугали быстрой тенью одиноко пасущихся диких коз.

Солнце совсем зашло, когда после целого дня пути Сакумат и его спутник выехали к широкому плато, окружённому со всех сторон хребтами тёмно-серых гор. Ландшафт менялся на глазах: земля здесь была не такая засушливая, как внизу, кое-где пестрели пастбища и даже маленькие виноградники. В глубине плато, пока ещё на изрядном от них расстоянии, виднелось селение с домами из белого камня, а за ним, питая его прохладой, благодатно зеленела кедровая роща. Между селением и рощей, ослепляя своей белизной, возвышалось внушительное здание дворца. Размерами оно могло бы поспорить с самым большим домом в городе Сакумата.

Оставив позади земельные угодья, они проехали улицами селенья, и затем Сакумат был препровождён в покои дворца. Он с наслаждением погрузился в царившую здесь глубокую тишину, разглядывал покрытые золочёным рисунком двери из кедрового дерева и бархатные, расшитые жемчугом одежды прислуги.

Потом его провели в большую прохладную комнату с широким окном, обращённым в сторону селения. Отсюда можно было окинуть одним взглядом всё подковообразное пространство плато вместе с обступившими его вершинами гор.

Бурбану тут же доложили о прибытии гостя. В комнату вошёл высокий человек, по виду одних лет с художником. Волосы у него были короткие и почти совсем седые, а пышные тёмные усы казались на лице какой-то чуждой экзотической растительностью.

– Рад видеть тебя на моей земле и в моём доме, – сказал Гануан. – Благодарю, что принял приглашение и приехал. Как доброму хозяину, мне бы следовало отложить наш разговор до утра, дав тебе отдохнуть и выспаться. Но беспокойство распирает мне грудь, и вопрос, что я должен задать тебе, рвётся наружу, подобно молодому норовистому коню: если ты своим ответом не подсыплешь ему сена, он, пожалуй, так и не уймётся всю ночь, не давая моему сердцу покоя.

Сакумат улыбнулся и сделал лёгкий поклон.

– Твоё гостеприимство безупречно, господин, – сказал он. – Что до твоего вопроса, обещаю отнестись к нему серьёзно. Если даже не отвечу сразу, у меня будет целая ночь, чтобы подумать: так мы выгадаем время. Приступай же к твоей просьбе, господин. Кажется, она будет необычной, и меня уже начинает разбирать любопытство.

Гануан тоже улыбнулся в ответ, потом сел на ковёр, не больше и не меньше тех, что стелют в мечетях, и Сакумат сел напротив него.

– У меня есть единственный сын Мадурер, совсем ещё ребёнок, – медленно произнёс Гануан. – Он болен странной болезнью: от солнечных лучей и пылинок, залетающих с улицы, глаза у него распухают, дыхание становится тяжёлым, кожа покрывается пятнами и нарывами. Мадуреру нельзя находиться на открытом воздухе, нельзя бегать и играть в дворцовом саду с детьми моих приближённых. Мало того, он не может жить в комнате, подобной этой – чтобы через окно свободно проникали солнечный свет и горный воздух. Немало врачей, славящихся своими познаниями и опытом, побывало в моём доме. Соревнуясь в учёности, спорили они о загадочной природе этого неисцелимого недуга. Припоминали схожие случаи, имевшие место в разных краях на их памяти и прежде. Ясно было, что опасные для сына вещества содержатся в воздухе и воздействие их усиливается от солнечного света. Но что это за вещества и как можно защитить от них мальчика, никто не знает. Все, однако, сошлись на том, что Мадурер должен жить в наиболее удалённой и закрытой части дворца, лишённой прямого освещения, дышать воздухом, пропущенным, через слои влажной марли и довольствоваться слабым светом, проникающим через слуховые окошки. С начала болезни прошло уже больше пяти лет, и за это время мой сын ни разу не выходил из дома. Он не может любоваться из окна видом долины, залитой солнечным светом. В его комнатах нельзя держать никаких растений, покои нельзя украсить цветами и виноградными лозами, потому что земля и цветочная пыльца вредны для его здоровья.


С этой книгой читают
Сказка о деревянных пуговицах, которые понятия не имели о том, что они пуговицы, и поэтому угодили в одну забавную историю. Жила была маленькая девочка, которая очень любила животных. Её папа и мама однажды решили сделать ей подарок к Новому году – новую кофточку с пуговицами в виде зверюшек. Мама вяжет пряжу, а папа делает из дерева фигурки животных. Так появляются фигурки кошки, собачки, белочки, барашка, курочки и других зверей. Фигурки решают
Чтобы исполнить заветное желание, Веня пробирается в дом Деда Мороза и вырывает страницу из его волшебной книги. Однако всё оказывается не так просто…
Перед Новым годом на шестиклассницу Ляльку несчастья посыпались одно за другим – как снег на голову. Все изменила встреча со странной старушкой, которая оказалась… феей. Оказывается, в новогоднюю ночь феи встречаются не только в сказках, но и в московском метро.
Сказка о том, как третьеклашки Машенька и Петя спасали от злой ведьмы школьный утренник и Новый год.
Романтика, отношения, печаль, боль, грусть, депрессия, солнце и луна, ветер и вода, молодость и старость. Жизнь и любовь. Мужчина и женщина.
Книга Числа входит в Пятикнижие Моисея, она описывает первую перепись израильтян, однако основное содержание этой книги – историческое повествование о том, как израильтяне кочевали по Синаю. Книга Судей израилевых рассказывает о том, что происходило после смерти Иисуса Навина до восшествия на царский престол Саула. Судьи того периода были военачальниками, спасителями израильтян. Книга Руфи – идиллический рассказ, относящийся к периоду судей, о лю
Сочинения нравственно-эстетическо цикла Азиат-Урала будут полезны, прежде всего, студентам литературных вузов. Здесь прослеживается жанровая деструктуризация, ломаются традиционные сюжетно-композиционные штампы рассказа, ярко выражен эклектизм, прослеживается смелый новаторский эксперимент. Среди всего жанрового многообразия опусов представлена и литература абсурда, фольклор, драма, рассказ, философское эссе. У автора свой характерный стиль «пист
В данной книге собраны расклады расклады по теме отношений (конфетно-букетный период, перенасыщение, отторжение). Эротические расклады. Бытовые расклады на следующие темы: ежедневный выбор, суды, (подача документов, жалобы, покупка-продажа, финансовые вопросы, вопросы криминала, поездок, переездов, детские вопросы, взаимоотношения с родственниками.Расклады про карьеру и ведение бизнеса.И психологические расклады: тайные желания, страхи, тревоги,