Александр Дан - INSOMVITA. Психологический триллер с элементами детектива

INSOMVITA. Психологический триллер с элементами детектива
Название: INSOMVITA. Психологический триллер с элементами детектива
Автор:
Жанры: Эротические романы | Книги о приключениях | Триллеры | Современные детективы
Серии: Нет данных
ISBN: Нет данных
Год: Не установлен
О чем книга "INSOMVITA. Психологический триллер с элементами детектива"

В центре сюжета этой книги – история Роберта Бланша, адвоката, жизнь которого разделена на две части. Первая часть – это реальность, вторая – это мир его сновидений. Всякий раз, засыпая, он видит один и тот же сон – свою иную жизнь в другом мире. В мире сновидений его зовут Тревор и он военный журналист.Однажды Тревор посещает психолога, который устраивает ему гипнотический сеанс. Именно этот сеанс приведёт к череде головокружительных событий в его жизни.История основана на реальных событиях.

Бесплатно читать онлайн INSOMVITA. Психологический триллер с элементами детектива


© Александр Дан, 2021


ISBN 978-5-0053-8062-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


или Жизнь и сновидения Роберта Бланша


Психологический триллер с элементами детектива


Автор Александр Дан (Данайканич)

Акварели Таши Торбы (Наталии Череднюк)


Обложка:

идея Александра Дана (Данайканича),

дизайн Никиты Михайлова


© Александр Данайканич, 2021

***


Попробуйте вспомнить свой сегодняшний сон. Большинство скажет, мол, им, в общем, ничего не снилось, хотя сны снятся каждую ночь. Просто, когда мы просыпаемся, то забываем не только сон, но и сам факт его наличия. Всё потому, что слишком уж сложен человеческий мозг и слишком мало мы о нём знаем.


В центре сюжета этой книги – история Роберта Бланша – адвоката, жизнь которого разделена на две части. Первая часть – это реальность, вторая – это мир его сновидений. Всякий раз, засыпая, он видит один и тот же сон – свою иную жизнь в другом мире. В мире сновидений его зовут Тревор, он военный журналист, который даже не догадывается о существовании жизни по другую сторону сновидения.


Но однажды Тревор посещает психолога, который устраивает ему гипнотический сеанс. И с этого момента его жизнь круто меняется. Именно данный сеанс вскоре приведёт к череде головокружительных событий в его жизни.


История основана на реальных  событиях.


***

Часть первая

Если долго всматриваться в бездну, то бездна начнёт всматриваться в тебя…

Фридрих Ницше

Глава 1

Татры

24.12.2011. 03:12

Над обрывом горной реки, ёжась от холода, молча стоял легко одетый мужчина. Хотя до кромки обрыва оставалось меньше полушага и любое неверное движение могло стоить ему жизни, мужчину это совершенно не тревожило и не пугало. Напротив, в этом мрачном безмолвии чувствовались отчаяние и готовность совершить шаг в темноту, откуда доносился ровный гул реки.

Чёрный силуэт человека чётко вырисовывался на фоне синеющего в темноте снега. Он пристально всматривался вниз, в глубину шумного потока, словно в этой чёрной вене горной реки хотел найти ответы на свои вопросы.



Вдруг он замер, раскинул руки, поднял голову и устремил взгляд на небо. Его губы тихо шептали слова молитвы. Это продолжалось совсем недолго. Закрыв глаза, он как будто ждал, что небеса подадут ему какой-то знак. Но небеса молчали. Мужчина глубоко вздохнул, открыл глаза и посмотрел на зимнее небо, как смотрят в последний раз обречённые на казнь. Ответа не последовало, и он, опустив руки, грустно улыбнулся.

Зимнее ожерелье ярких мерцающих звёзд рассыпалось по небосводу. Здесь, на высоте почти трёх тысяч метров над уровнем моря, вдалеке от городской суеты казалось, что до звёзд можно дотянуться рукой. Тишину безлунной ночи нарушала только река, неся свои воды откуда-то с вершин горной гряды Высоких Татр.

Густые ели, укрытые толстым слоем нетронутого снега, устремив свои пики-вершины высоко в небо, стояли, возвышаясь над землёй, словно срисованные со старых рождественских открыток. Безлунная ночь скрывала красоту открывающегося вдали пейзажа, но при свете ярких зимних звёздных скоплений во мгле угадывалось величие первобытной горной природы. Казалось, что сюда цивилизация ещё не дошла и все эти заснеженные вершины, и вековые ели оставались такими же, как и двести-триста лет назад.«Если нет ответа, значит, вопрос поставлен неправильно, – голос профессора философии из его прошлого эхом прозвучал в голове мужчины. – Каждый вопрос имеет свой единственно правильный ответ, который и является истиной».

«А что, если ответов несколько, все они правильные и являются, собственно, вариантами истины?» – возразил тогда он, пытаясь вступить в спор с профессором.

«Запомните, молодой человек, – поучительно заметил профессор, даже не взглянув на него, – истина может быть только одна, а вот её варианты не что иное, как заблуждения, порождающие ложь».

Но как её найти, если путь к истине чернее мрака этой ночи? Где искать, как определить то исходное место, ту нить, которая в конечном счёте приведёт к ней?

Со стороны могло показаться, что человек готовится к суициду и никак не может на это решиться. Желание сделать один-единственный шаг и броситься вниз со скалы в пропасть бурлящей реки останавливал только безудержный инстинкт самосохранения, присущий лишь трезвому уму и непреодолимой жажде жизни. Его сознание в порыве отчаяния вырывало из памяти фрагменты прошлого, словно доказывая необходимость продолжения поиска ответов на вопросы, которые так мучительно терзают его сердце в последнее время.

«Неужели это и есть решение? Неужели до ответа всего-навсего один шаг?» – спросил он себя, всматриваясь в темноту ущелья.

Из мрака ночи в его памяти снова возникла лекционная аудитория университета и послышался голос профессора философии:

– Что может решить этот последний шаг навстречу Азраилу1 и вечному покою? Ведь, собственно, жизнь – это и есть направленное движение от рождения к смерти, избежать которой не под силу никому. К мысли о сведении счётов с жизнью толкает жажда к некой абсолютной истине, а также сомнение в возможности её достичь. Ведь чем больше жаждешь чего-то абсолютного, тем больше понимаешь его недосягаемость. Именно эти колебания между обеими крайностями и чреваты саморазрушением.

Профессор выдержал паузу, невидящим взглядом окинул аудиторию, взял со стола толстую книгу и, пролистав несколько страничек, продолжил:

– Зигмунд Фрейд2, величайший психолог и психиатр своего времени, даже ввёл понятие «инстинкт смерти», иначе он не мог объяснить многое из того, что способен сотворить с собой человек. Стремление к саморазрушению, очевидно, заложено в нём от природы. Если всё живое вокруг изо всех сил борется за существование, то отдельные человеческие индивиды, наоборот, вкладывают недюжинную энергию в то, чтобы полностью испортить себе жизнь, а иногда и расстаться с нею.

Профессор отложил книгу и, скрестив руки на груди, после небольшой паузы обратился к первому ряду слушателей:

– А вот что толкает отдельного индивида на путь к саморазрушению – вопрос спорный и до конца не изученный. Впрочем, как и сам человек, будучи на протяжении нескольких тысячелетий объектом особого наблюдения и изучения, в конце концов, даже на исходе нашего двадцатого века является чем-то малоизученным, трудно поддающимся исследованию и анализу.

Вдруг прозвенел звонок, возвестивший об окончании лекции, и в аудитории послышался шёпот, но профессор, повысив голос и мельком глянув на часы, монотонно и твёрдо продолжил:

«В парадигме человеческой истории обстоятельства, приводившие к суициду, были настолько различными, насколько разными были и сами люди, выбравшие этот путь или, если быть точнее, такой финал своей жизни. Это приводит к мысли о том, что сколько людей – столько и возможных решений в классификации обстоятельств, которые приводят человека к самоубийству.


С этой книгой читают
Mужчина интересен своим будущим, а женщина – своим прошлым.Уважаемый читатель, если вы из тех, кто не в состоянии досмотреть до конца «Молчание ягнят», вам лучше не читать этo. Жизнь может оказаться намного жёстче кино. Книга содержит нецензурную брань.
Сборник избранных стихотворений о самом важном в этом мире – о любви. О любви к семье, работе, природе, жизни и многому другому…
«Какое твоё любимое занятие?» – спросили серебряные колокольчики.Я ответил: «Нанизывать тёплые капельки дождя на лучики своей мечты…»
Я улыбнулась и молча провела пальцем по его влажной щеке, обняла за шею и закрыла глаза. Мне хотелось провести с ним вечность вот так. Близко. Тепло. Нежно. Элрис, кажется, чувствовал то же самое. Молча он приник подбородком к моему плечу и прижал к себе ещё крепче.***Любовь, не дающая дышать, или благословение богини, ради которой живешь? Селене придется сделать трудный выбор ради своего счастья. Особенно теперь, когда над головой жрицы начинают
Новый роман «Заговор вероятностей» – о любви, которую главные герои пронесли через всю жизнь. Они встретились случайно глубокой ночью на станции Тихорецкая. У обоих были путевки по туристическому маршруту «Псебай – Красная Поляна». Десять неповторимых дней в горах Кавказского заповедника, преодоление трудностей в непростых условиях и влюбленность, которая захватывает героев. Они решают никогда не расставаться. Но жизнь не предсказуема. Последующи
Книга «Ключи китайских иероглифов» поможет запомнить ключи – относительно простые символы, из которых состоят все остальные китайские иероглифы. Ключ может также быть слогом или отдельным словом, и в этом случае следует выучить не только его написание, но и произношение. Для облегчения запоминания в книге используется мнемотехника – система, позволяющая упростить запоминание информации с помощью зрительных и звуковых ассоциаций.
Еще вчера Альбина жила обычной жизнью, а утром проснулась со зловещим черным цветком, каким-то образом выросшим на ее коже. К нему невозможно прикоснуться, любой предмет проходит сквозь него, как через воздух, а главное – никто, кроме Альбины, его не видит. Что это? Галлюцинация или паранормальное явление? Альбина во чтобы то ни стало намерена избавиться от черного цветка и снова стать нормальной…
Во все времена нужны были миру творческие личности, и во все времена их презирали и не понимали. Их слова считали за глупость, а их творчество за ошибку. Но всегда ошибка становилась программой. Во времена катастрофы все то же находятся творческие личности, и все снова они становятся "людьми заднего плана". Задний план никто не заметит, пока он не возгорится.