Андрей Валентинович Жвалевский, Игорь Евгеньевич Мытько - Личное дело Мергионы, или Четыре чертовы дюжины

Личное дело Мергионы, или Четыре чертовы дюжины
Название: Личное дело Мергионы, или Четыре чертовы дюжины
Авторы:
Жанры: Юмористическое фэнтези | Героическое фэнтези
Серии: Нет данных
ISBN: Нет данных
Год: 2011
О чем книга "Личное дело Мергионы, или Четыре чертовы дюжины"

«Стоит сказать и о принципиальном отличии «Порри Гаттера» от многих других литературных пародий. Это совершенно самостоятельная книга с вполне оригинальным детективным сюжетом, сохраняющая до последней страницы замечательно яркий и добрый юмор. Поклонники начали требовать продолжения – чего-то вроде «Порри Гаттера и Комнатной тайны». Однако авторы не стали так буквально дублировать самих же себя, и вот – «Личное дело Мергионы». Долгожданная вторая книга – такая же неожиданная и искрометная, как и первая…» («Книжное обозрение»)

«Чуть ли не в каждой фразе – игра слов, причем в большинстве случае не вымученная, а по-настоящему остроумная. При этом авторы смешивают в своей книге разнообразнейшие мифологические сюжеты (перед нами, можно сказать, веселый дайджест энциклопедии «Мифы народов мира») и нашу современную реальность…» («Русский журнал»)

Бесплатно читать онлайн Личное дело Мергионы, или Четыре чертовы дюжины


Предисловие

Есть ли в этом доме послушные дети?

Иоулупукки, финский Дед Мороз

– Ну?

– Нет.

– И не было?

– И не было.

– За целый день?

– За целый день… За целых тридцать лет никого не было!

– А мы так готовились, так старались. Так ждали! Столько всего зарядили, закопали и поразвешали. Чтобы как только кто появится, так сразу его хрясь! Чтоб неповадно было.

– Да-а-а.

– Да-а-а.

– Да-а-а. Ну, а почему так?

– А вот почему. Слушай внимательно, перебьешь – убью. Есть места, по которым все время кто-то ходит. Между пунктом А и пунктом Б всегда протоптана тропинка, проезжена колея, прокопан тоннель, по которым движется большинство. Не потому, что так запланировано, а потому, что так людям удобней. Есть боковые тропинки, дорожки, туннельчики, по которым перемешаются нелюдимы, мыслители, психи, монахи-отшельники и в зюзю пьяные. Есть совсем уж неудобные маршруты, по которым раз в месяц кто-нибудь проберется, и опять тишина. Логически продолжая эту последовательность, получаем места, в которые никто и никогда не зайдет. Вот такое место мы и выбрали тридцать лет назад.

– Ты умный, Моноайс, раз сумел такое рассказать.

– И ты не дурак, Однозор, раз сумел такое дослушать.

– Ну, и что дальше?

– Может, подеремся?

– И то дело.

И два огромных, обвешанных броней и оружием циклопа аккуратно отложили монокли, взмахнули здоровенными шипастыми дубинами и обрушились друг на друга.

Первая чертова дюжина

На великобританских просторах

Все люди – братья.

Но не все братья – люди.

«Основы ксенозоологии»

Глава первая

Вечернее утро после вчерашней ночи

Когда наступит конец света?

Он уже наступил.

Просто 1 января в 9 утра его никто не заметил.

Коза Ностра Дамус

Мистер Клинч, отставной майор и заслуженный завхоз школы волшебства Первертс, нюхал клей «Мементо Мори».

Прошло уже 15 часов нового, 2003 года.

– Это не клей, – мрачно сказал завхоз, – это сопли водного дракона. Метафора. Сам придумал.

С этими словами Клинч прижал смазанные «Мементо» половинки магического кристалла связи, выждал несколько секунд и отнял руки. Половинки с хрустальным звоном раскатились по столу.

– Прижать надо сильнее, – посоветовал Дубль Дуб, уже сорок минут наблюдавший за процессом ремонта инвентаря. Семь из десяти его мощных пальцев были загнуты.

– Прижать надо, – согласился Клинч, – всех надо прижать! Бардак в стране! Вот раньше завхозам были положены зверопотамы. Для порядка. Ты только представь: скользкие щупальца, ядовитые клыки, стальные руки-крылья, а вместо сердца…

– …пламенный мотор, – завершил Дубль.

– А ты откуда знаешь? – нахмурился Клинч. – Я что, тебе уже рассказывал?

– Ага, – и Дубль загнул очередной палец. Клинч вздохнул. Даже Дуб, по ошибке созданный четыре месяца назад первокурсницей Мергионой Пейджер, соображал сейчас гораздо лучше него.

– Да, – сказал завхоз, – это тебе не хрен с апельсином.

Услышав знакомые слова, Дубль осторожно спросил:

– Будем ужинать?

Клинч позеленел и отвернулся к окну. Но постучали не в окно, а в дверь.

– С добрым утром, Мистер, – раздался осторожный голос Харлея, – вы… адекватно оцениваете существующую реальность?

– Это злое утро, – ответил завхоз, разглядывая заходящее солнце. – А реальность оцениваю как хреновую.

– Адекватно, – решил Харлей и переступил порог. – А что делать?

Это была трезвая мысль. С последствиями вчерашнего надо было что-то делать.

Но вместо этого Клинч продолжал делать вид, что изучает ужасающие для завхоза результаты декабрьских событий в Первертсе: разрушенные спиритическим сеансом Фантома Асса факультетские башни Орлодерра, Слезайблинна и Чертекака, замерзший Незамерзающий каток, покореженный в ходе битвы с домовыми ректора Бубльгума главный корпус…

На самом деле экс-майору было неудобно за новогодний банкет. Расслабившись после исторической победы над бывшим начальником, завхоз набрался до белых коников, которые загнали Харлея в шкаф с дрессированной молью. Преподавателя обращения с магическими животными, который панически боялся всего, что шевелится, пришлось отпаивать настоями трав – на шалфее, на анисе, на зубровке, на перце, и наконец, на щебенке из Стоунхенджа. Только после этого Харлей немного повеселел и даже помогал Клинчу и декану Чертекака Развнеделу выводить:

Из вереска напиток
Забыт давным-давно,
А был он слаще меда,
Пьянее, чем вино.

Поскольку мелодия песни ее исполнителями была забыта еще крепче, чем напиток из вереска, пели в основном на мотив композиции «На муромской дорожке».

– Как вы думаете, – пробормотал Харлей, – не завалялась ли здесь бутылочка вина? Хотя бы кипрского? Хотя бы початая? Или хотя бы стаканчик того напитка… никак не вспомню название… который из вереска?

Клинч перестал зеленеть и начал синеть.

– Все, забудьте! – торопливо сказал Харлей. – В конце концов, мы имели полное право отпраздновать. А вы как думаете? Разоблачение и пленение Бубльгума, который под личиной ректора скрывал личину злодея-завистника, решившего лишить всех нас магии – раз! Победа над домовыми, которые под личиной гномов едва не разнесли Первертс – два! Спасение ста тысяч магов от нелепой, хотя и мучительной смерти – три! Повторное пленение Бубльгума, уже под его собственной личиной – четыре!

Преподаватель гордо взметнул кулак с четырьмя загнутыми пальцами. И одним отогнутым.

Дубль глянул на свои вдвое чаще загнутые пальцы и гордо улыбнулся.

– И я еще не говорю, – Харлей три раза икнул, но справился с собой, – о главном достижении года, об изобретении Абсолютного Отпугивающего Все Живое Эликсира!

Стены Первертса вздрогнули.

Это проснулась Сьюзан МакКанарейкл.

Декан факультета Орлодерр обвела тяжелым взглядом дрожащие стены своей комнаты и просипела:

– Это еще ничего, это я еще колдовать не начала.

А колдовать было жизненно необходимо. Без парочки подходящих случаю заклинаний мисс Сьюзан не решилась бы выйти в коридор – из сочувствия к гостям школы волшебства. Сто тысяч магов, спешно эвакуированные вначале в Гренландию, а затем назад в Первертс, не были готовы к такому испытанию: увидеть профессора МакКанарейкл после новогодней ночи.

– Сначала займемся внешностью, – решила Сьюзан и глянула в трюмо. Трюмо побледнело и отказалось показывать отражение.

– Будем реставрироваться на ощупь, – вздохнула МакКанарейкл, – Ориф-лейм. Максфа-ктор. Хен-ки-пенки. Хухры-мухры…

Каждое заклинание производило эффект косметической бомбы: сыпалась штукатурка, трескался паркетный лак, падали канделябры, на кухне вскипали чайники, а главные часы Первертса стрелками показывали не время, а то, как им все это осточертело.

– …Лоре-аль. Ивро-ше. Крас-наямос-ква…Стоп! Какая Крас-наямос-ква?! Не надо Крас-наямос-ква!

Но было поздно – заклинание, усиленное его троекратным повторением, уже вступило в силу. Трюмо ухнуло, резко отвернулось к стене и принялось сдавленно хихикать.


С этой книгой читают
Это фантастика, сказка и небывальщина. В этой книге вы не встретите инопланетян, Бабу-ягу или, на худой конец, говорящих животных. Зато познакомитесь с удивительной школой, в которую ученики по утрам бегут с одной мыслью: «Поскорее бы!» В ней исполняются самые смелые мечты – от полета на воздушном шаре до путешествия на Эльбрус. В ней нет привычных «предметов» и «параллелей», но есть куча проектов и братство единомышленников. Словом, чудо, а не ш
Четвероклассникам обычной средней школы несказанно повезло. Или не повезло – это как посмотреть. Их учительница (и по совместительству – директор школы) – ведьма. Нет, она не летает на помеле и не варит зелье из летучих мышей, зато может отправить в гости к саблезубым тиграм или к троллям, заколдовать дверь и показать, что творится внутри мобильного телефона. Сначала четвероклассникам страшно, а потом – страшно интересно. Особенно тем из них, кто
Что будет, если девчонка из 2018 года вдруг окажется в 1980 году? А мальчик из 1980 года перенесется на ее место? Где лучше? И что такое «лучше»? Где интереснее играть: на компьютере или во дворе? Что важнее: свобода и раскованность в чате или умение разговаривать, глядя в глаза друг другу? И самое главное – правда ли, что «время тогда было другое»? А может быть, время всегда хорошее и, вообще, всё зависит только от тебя…
В далекой-далекой Коландии полный порядок: магики трудятся на благо общества в специнститутах, индивидуальные чипы следят за здоровьем и обеспечивают связью, люди живут спокойно и правильно. До тех пор, пока Анатоль и Элина не встречаются, не проклинают друг друга и не сбивают машиной бродячего кота. Насмерть. Но не совсем. Потому что закон сохранения кота никто не отменял. И отныне Коландия движется к событию, которое кардинально изменит весь эт
В стародавние времена боги и люди жили вместе, случалось озорничали боги, а случалось и мстили людям, посмевшим ослушаться их. И в современном мире находятся люди сильные духом и чистым сердцем, которым открываются тайные знания, а дружелюбные боги делят с ними веселье и даже путешествуют. Книга написана на основе легенд индейцев гуайкери, населявших небольшой остров в Карибском море, а также славянской мифологии.
Знакомство с автором зачастую начинается с малого. Чтобы понять, ваш ли я автор или пройти мимо, предлагаю вам почитать мои миниатюры. В этом сборнике собраны истории разных жанров и стилей. Всем приятного чтения!
Главный герой этой книги – читатель. Абстрактные существа и сюрреальные события, происходящие в его жизни, заставляют его отправиться в "лесное" приключение, чтобы навсегда освободиться от иллюзий этого мира.
Волшебство, превращения и таинственный человек в чёрном. Всё только начинается!
Эта девушка удивляла его все больше и больше. Не каждый мужик сможет выступить против двух вооруженных бандитов, тем более в тайге, где замести следы ничего не стоит. Людмила же решилась…Браконьерам удалось скрыться, а вот ей выход из ущелья преградил занос. Новый сход лавины едва не накрыл подполковника милиции Дениса Барсукова, сунувшегося на дорогу в своем «уазике», Людмила чудом успела вытащить его из машины. Эти мужчина и женщина, едва позна
Андре Моруа – известный французский писатель, член Французской академии, классик французской литературы XX века. Его творческое наследие обширно и многогранно – психологические романы, новеллы, путевые очерки, исторические и литературоведческие сочинения и др. Но прежде всего Моруа – признанный мастер романизированных биографий Дюма, Бальзака, Виктора Гюго и др. И потому обращение писателя к жанру литературного портрета – своего рода мини-биограф
Сборник из 500 рассказов о Сочи. Часть 2. Курортная жизнь доолимпийских времён. Сочинцы и гости нашего города такие, какие они есть. Книга содержит нецензурную брань.
…Зоя всегда с улыбкой вспоминала уловки, которые она пускала в ход, когда на Ритином горизонте кто-то появлялся. В ней начинал играть азарт, дух соперничества: а удастся ли мне на этот раз отбить у нее парня? Как теперь подруга себя поведет, не покажет ли коготки? Чисто спортивный интерес тесно переплетался с моральным удовлетворением: у меня все получилось, и Ритка снова одна. Зоя считала Риту безвольной и мягкой, так как та почему-то с легкость