Джефф Линдсей - Последний дубль Декстера

Последний дубль Декстера
Название: Последний дубль Декстера
Автор:
Жанры: Триллеры | Полицейские детективы | Зарубежные детективы
Серия: Декстер
ISBN: Нет данных
Год: 2016
Другие книги серии "Декстер"
О чем книга "Последний дубль Декстера"

Суперзвезда Роберт Чейз славится своей способностью вживаться в роль. В новом сериале ему предстоит сыграть полицейского, и он пристально наблюдает за Декстером Морганом – ведь персонаж Чейза буквально списан с обаятельного судмедэксперта. Актер ходит за Декстером по пятам, пытаясь понять, как тому удается вычислять убийц. Он пока не подозревает, что у полицейского есть свои темные секреты и слабости… А Декстеру становится все труднее хранить в тайне необычное «хобби».

Удастся ли ему «оставить след в Голливуде», не попав при этом на электрический стул?

Бесплатно читать онлайн Последний дубль Декстера


Jeff Lindsay

Dexter’s final cut


© Jeff Lindsay, 2013

© Перевод. Н. К. Кудряшев, 2015

© Издание на русском языке AST Publishers, 2016

* * *

Эпилог

Быть мертвым не так уж плохо. Странно? Подумайте сами. Люди боятся всего такого, и плачут, и охают, и годами спорят насчет того, существует ли загробная жизнь. А ты лежишь себе в мирном покое, в тишине, ничего у тебя не болит, ничего не заботит, и ты просто вспоминаешь свою последнюю трапезу – у меня это оказался превосходный сандвич с бастурмой. Мне его подали всего сорок минут назад, еще теплым, и я, сидя на удобном откидном месте, помнится, подумал: где это они ухитрились достать в Майами такую хорошую бастурму? Соус, кстати, тоже вполне удался. И все это великолепие я запивал крем-содой – довольно давно я ее не пробовал, а зря: чистое наслаждение. Короче, по сравнению с этими гастрономическими ощущениями смерть кажется мелкой неприятностью.

…Хотя, если откровенно, лежать на асфальте тоже вскоре надоедает. Я надеялся, что меня найдут довольно быстро: как выяснилось, быть мертвым скучновато, а все шло к тому, что я пробуду в этом состоянии по меньшей мере некоторое время. Ну да, от смерти, как правило, ожидают каких-то других неудобств, не скуки… но именно это я испытывал: столько времени, а заняться нечем. И мостовая подо мной была неприятно горячей и жесткой. И в довершение всего вокруг расползалась лужа чего-то красного и липкого, что не добавляло комфорта… то есть не добавляло бы, оставайся я в живых. И к тому же меня раздражала мысль о том, как неприглядно я, должно быть, выгляжу со стороны.

Возможно, вы найдете это странным, но уж как есть. Хочешь не хочешь, а мне приходилось мириться с собственным непривлекательным видом. И то подумать, что приятного в теле с дырками от пуль. А уж валяться в луже крови посреди улицы в Майами, ожидая, пока тебя обнаружат, – и вовсе непристойно. А когда мое несчастное окровавленное тело наконец найдут, никто не будет особенно сокрушаться по этому поводу, никто не заплачет и даже не расстроится. Не сказать, что меня это особенно трогает, но ведь положено желать, чтобы за тебя переживали, правда?

Но не сегодня. Не за беднягу Декстера. В конце концов, кто расстроится из-за чудовища вроде меня? То есть, конечно, изобразят скорбь, но исключительно для проформы, даже менее убедительно, чем обычно, а я и возразить ничего не смогу. Всю свою трудовую карьеру – да и значительную часть свободного времени – я провел в обществе мертвых тел. И понимаю, что самой естественной реакцией того, кто наткнется на окровавленный труп, будет «Ох блин!». А потом нашедший вас глотнет из банки с энергетическим напитком и прибавит звук на своем айподе. Впрочем, даже это честнее, чем делать преувеличенно скорбные физиономии при обнаружении моих жалких останков. Хотя вряд ли я смогу рассчитывать на традиционные изъявления скорби и печали вроде «увы, бедняга Декстер!» – тем более что «увы» давно вышло из моды. Сомневаюсь даже, что люди способны теперь на такие чувства.

Нет, Дорогого Давшего Дуба Декстера никто не станет искренне оплакивать – вряд ли кто-то вообще на это способен. Возможно, я один могу честно признать, что не способен. А между тем что-то не замечал подобной способности и в других. Люди слишком черствы и непостоянны, так что и в лучшие времена (к которым текущий момент явно не относился) вряд ли я мог бы надеяться на то, что мое окровавленное тело вызовет у кого-нибудь что-то, кроме отвращения.

Однако же и выбирать мне не приходилось. Все, что я мог, – это по возможности расслабляться (про удовольствия я уж молчу) и лежать бревном в ожидании, пока меня найдут… что могло случиться довольно не скоро. Я пролежал на солнце уже никак не меньше получаса… Интересно, а может труп получить солнечный ожог? Искусственным загаром покойники не балуются, в этом я уверен – даже в фильмах про зомби – но здесь, под полуденным южным солнцем, способна ли мертвая кожа подзагореть? Есть в этом нечто неправильное: все мы привыкли к тому, что кадавры мертвенно-бледны, поэтому, если подумать, тронутый загаром эпидермис наверняка испортит весь эффект.

Наконец где-то рядом послышались шум и суета: громыхнула, захлопнувшись, стальная дверь, кто-то оживленно заговорил, и я услышал долгожданный звук – шум приближающихся шагов. Шаги замерли рядом со мной, и какая-то женщина охнула и воскликнула: «О нет!» Ну наконец-то: мое трагическое положение вызвало-таки чьи-то неподдельные эмоции. Возможно, немного мелодраматичные, но все же трогательные, даже, можно сказать, душещипательные… если бы, конечно, у Декстера имелась душа, за которую можно щипать.

Женщина склонилась надо мной; ее лица я против солнца почти не различал, но кое в чем не сомневался: в правой руке она держала пистолет. Женщина, да еще и с пистолетом – уж не любимая ли это сестрица Декстера, сержант Дебора Морган склонилась над телом брата? И в самом деле, кто еще мог так искренне переживать на мой счет? Ее левая рука прижалась к моей шее в поисках пульса с самой настоящей нежностью – увы, в поисках тщетных… или что там теперь говорят вместо «тщетно»? Ее левая рука соскользнула с моей шеи, она запрокинула голову к небесам и тряхнула волосами.

– Клянусь, – процедила она сквозь зубы, – я найду ублюдка, который это сделал…

Подобного заявления я не мог не одобрить всей душой, и прозвучало оно похоже на Дебору – похоже, да не совсем. Прозвучала в этом голосе этакая чуть нерешительная, мелодичная флуктуация, каких моя сестра никогда себе не позволяет.

Нет, это не Дебора, хотя довольно точная ее имитация. И еще менее похоже на мою свирепую и несдержанную на язык сестру прозвучали ее следующие слова – капризным, чуть гнусавым тоном:

– Черт тебя подери, Виктор, все это чертово время на мое лицо падает тень!

В ответ послышался мужской голос; судя по тону, его обладатель давно уже миновал предел измождения.

– Стоп! Куда, черт подери, запропастился механик?

Виктор?

Механик!

Что, черт подери, происходит? Нет, правда? Что за бредовая реакция на трагическую кончину человека, еще совсем молодого, талантливого, вызывающего столько восхищения… ну по крайней мере лично у меня? Может, эта комическая сценка – порождение причудливого искажения действительности при прохождении той завесы, что отделяет бытие от небытия? Этакое развлечение напоследок, на пути к последнему пристанищу?

Тем временем все становилось, как сказала бы Алиса, страньше и страньше. Вокруг моего тела разыгрывалась какая-то сюрреалистическая сцена с лихорадочной активностью. Дюжина людей, которые только что где-то прятались, разом высыпали на тротуар и занялись каждый своим делом – так, словно суетиться вокруг окровавленного Декстера для них в порядке вещей. Двое мужчин и одна женщина, нависнув прямо над моими бренными останками, начали возиться с установленными на треногах лампами, рефлекторами и мотками электрических проводов. Поневоле задумаешься: неужели так заканчивается жизнь у каждого? Не великой Чернотой, а наладкой освещения?


С этой книгой читают
Неужели Декстеру Моргану – прекрасному аналитику, верному мужу, добродетельному отцу и серийному убийце, который охотится лишь на других убийц, – пришел конец?! Он потерял все: работу, карьеру, жену, детей, и даже любимая сестра Дебора больше не желает иметь с ним ничего общего. Декстер – в тюрьме по обвинению во множестве убийств… Однако именно ЭТИХ убийств он не совершал.Помочь Декстеру соглашается только брат Брайан – человек, натворивший таки
Декстер Морган – волк в овечьей шкуре. Он красив, обаятелен и очень прагматичен. При всем при том он серийный убийца, впрочем придерживающийся золотого правила убивать только плохих людей. Но неожиданно все меняется. Декстера вызывают на место преступления в кампус Университета Майами. Что-то в двойном убийстве кажется ужасно неправильным и пугающим. Темный Пассажир, вдохновитель убийственного мастерства Декстера, тут же скрывается. Чтобы найти с
Декстер Морган – волк в овечьей шкуре. Он красив, обаятелен и очень прагматичен. При всем при том он серийный убийца, впрочем придерживающийся золотого правила – убивать только плохих людей. Декстер действует чрезвычайно осторожно и осмотрительно, и в этом ему помогает работа криминалистом в полиции Майами. Но когда начинается серия жестоких убийств, совершенных в его собственном стиле, Декстер чувствует себя польщенным и одновременно напуганным,
Райли Вулф – вор, для которого не существует преград, мастер перевоплощений. Любитель решать сверхзадачи и проворачивать смелые ограбления. Так, например, ему удалось украсть памятник весом двенадцать тонн прямо во время открытия. Голубая мечта Райли – совершить кражу века, которая войдет в историю. Узнав, что в Нью-Йорк прибывает коллекция драгоценностей короны Ирана стоимостью десятки миллиардов долларов, он понимает, что настал его звездный ча
Приключения очаровательного «джентльмена-маньяка» Декстера Моргана, охотника на серийных убийц, продолжаются!Раньше ни с чем подобным Декстеру Моргану сталкиваться не доводилось…Но на сей раз приходится признать: Декстера, расправлявшегося с очередным монстром-педофилом, ВИДЕЛИ.Свидетель шантажирует его и грозится разоблачить.И это – одновременно с охотой на собственного «двойника», опасного и беспощадного преступника, избравшего своими жертвами…
Простой офисный работник Джастин Уорриор всегда жил с презрением к окружающим, заботясь лишь о своем собственном благе. Впоследствии такой образ жизни не мог не нажить для своего обладателя множество недоброжелателей и врагов. Объединив усилия, соперники главного героя превращают его жизнь в ночной кошмар, лишая его самого дорогого. Потеряв рассудок и остатки человечности, Уорриор выходит на тропу войны, показывая обществу и представителям власти
«Воздушной яростью» именуется острая, неадекватная реакция неуравновешенных, либо просто нетрезвых людей на специфические условия авиаперелёта. Течение психоза нередко сопровождается навязчивыми видениями и состояниями, суть которых грубо противоречит реальной ситуации. Что, в свою очередь, выражается в сильном расстройстве восприятия личностью настоящего мира с сопутствующей дезорганизацией привычного поведения.Повесть "Воздушная ярость" предлаг
После трагического исчезновения сестры-близнеца десять лет назад Мия до сих пор старается сохранить обрывки воспоминаний о днях, проведенных с ней вместе. В отдаленных уголках ее разума затаилась зловещая тьма, которая укрощает сознание девушки головными болями каждый раз, когда та думает о сестре. Мия пытается скрыть их в попытках убедить остальных, что все в порядке.Прежняя жизнь Леи закончилась в тот день, когда она оказалась в подвале, окруже
Вселенная Надзора – это мир, в котором все не то, чем кажется. Третья мировая загнала людей в анклавы, а планета меняется под мистическим влиянием чего-то чудовищного. История переписывается, а людская жизнь – лишь цифра в статистике. Умные, смелые и сильные люди, стремящиеся служить идеалам, становятся изгоями и невольными участниками противостояния могущественных сил, а границы добра и зла стираются. И остается лишь одно – умереть или попытатьс
В Советском Союзе был популярен, пожалуй, самый короткий анекдот – «Еврей-колхозник». И в самом деле, сыны Израилевы отдают предпочтение скорее другим профессиям, преуспевая в торговле, науке, медицине, адвокатуре… При этом они не упускают возможности посмеяться, ведь, как сказал Станислав Ежи Лец: «Человек любит смеяться. Над другими».
Новое издание книги известного москвоведа Ю. А. Федосюка проведет читателя по главным улицам и площадям столицы в пределах древнейшего исторического ядра города – Садового кольца. Книга состоит из очерков, посвященных истории той или иной улицы со времени ее основания до наших дней, включая и те изменения, которые произошли в самые последние годы. Не только архитектура зданий, но и их история, менявшиеся функции, происходившие в них памятные собы
Когда жизнь постоянно испытывает на прочность, посылая боль и разочарование, сложно поверить в чудо. Я допустила ошибку и поверила, но снова получила удар в спину от любимого человека. Мое существование состоит лишь из воспоминаний о тяжелом прошлом и несбыточных мечтах о будущем с тем, кому я не нужна. Однако судьба преподносит мне подарок – знакомство с идеальным мужчиной. Сильным, смелым, добрым! Смогу ли снова открыть свое сердце для новых от
Эта сказка для взрослых, которые смогли сберечь искорку детской непосредственности в умении удивляться и радоваться повседневным событиям.Смешно о грустном. О поиске красоты, справедливости, настоящего дома и неподдельного себя. Почему это грустно? Поймёте, если прочтёте сказку до конца.