Евгений Лукин - Катали мы ваше солнце

Катали мы ваше солнце
Название: Катали мы ваше солнце
Автор:
Жанры: Социальная фантастика | Юмористическое фэнтези
Серия: Заклятые миры
ISBN: Нет данных
Год: 2000
О чем книга "Катали мы ваше солнце"

И веселое ж место – Берендеево царство. Стоит тут славный град Сволочь на реке Сволочь, в просторечии – Сволочь-на-Сволочи, на который, сказывают, в оны годы свалилось красно солнышко, а уж всех ли непотребных сволочан оно спалило, то неведомо… Плывут тут ладьи из варяг в греки да из грек в варяги по речке Вытекла… Сияет тут красой молодецкой ясный сокол Докука, и по любви сердечной готова за ним хоть в Явь, хоть в Навь ягодка спелая – боярышня Шалава Непутятична… Творит тут деяния тайные хитроумный Кудыка – на все руки мастер. И катится по небу синему солнце ясное, из катапульты, сиречь из кидала запущенное. Ох, докатится!.. Читайте роман Евгения Лукина – и вы будете смеяться, как давно не смеялись!

Бесплатно читать онлайн Катали мы ваше солнце


Глава 1.

Ночка Темная

Кудыка был разбужен дробным, глуховатым бряцаньем медного позвонка. Заворочался на лавке, с надеждой выпростал из-под одеяла, подбитого заячьим мехом, всклокоченную голову, но, разлепив веки, так ничего и не увидел. Черно – как в полене. «Трык-трык… – поскрипывало и постукивало неподалеку. – Трык-трык…» Приподнялся на локте, все еще ожидая, что вот-вот порозовеют, засветятся репейки [1] слюды в широком косящатом оконце.

Не дождавшись, крякнул, помянул в сердцах шишимору [2] и всех родичей ее, потом запустил пятерню в редкую от частых раздумий бороденку и, уставясь в невидимый потолок, стал сердито соображать, что же он все-таки напутал в хитром своем резном снарядце. Днем вещица работала исправно и бряцала вовремя, если и промахивалась, то самую малость, а вот восхода, вишь, не угадала еще ни разу. Может, и впрямь шишимора шалит?.. Однако в шишимор, по правде сказать, Кудыка не особенно-то и верил. Он, если на то пошло, и сам о прошлом годе, сговорившись с Плоскыней, подсадил шишимору княжьему боярину Блуду Чадовичу. Резали они с тем Плоскыней в тереме вислое крыльцо [3] о двух столпах. Крылечко вышло – загляденьице, да вот прижимист оказался Блуд, недоплатил… Ну и, стало быть, с того самого дня возьми да и заведись шишимора. Скрипит, стонет – хоть из терема беги. Долго крепился Блуд, а все одно не стерпел, послал за Кудыкой да за Плоскыней, уплатил сполна. И – как корова языком слизнула, нет шишиморы… Такое вот диво.

Кудыка ухмыльнулся, припоминая давнюю эту проделку, и сел на лавке, накинув на плечи зипунишко [4]. За ночь горенка выстыла, пробирал озноб. Либо огонь вздуть? Кудыка встал и в черной, как сажа, тьме сошел крутой двенадцатиступенной лесенкой в подклет, где потрогал чуть теплую печку и хмыкнул довольно. Печью своей Кудыка гордился. Сложенная из греческого кирпича и лишь сверху обмазанная глиной, жар она держала, почитай, всю ночь. В двух шагах от Кудыкиной подворотни по речке по Вытекле пролегал путь из варяг в греки – ну как тут не попользоваться такой оказией! Были бы только денежки. А денежки у Кудыки были. Не чурки деревянные, как у прочих берендеев, а мелкое серебро, дробная монета, у тех же греков наторгованная.

Хитер был Кудыка, ох, хитер! Другой бы на радостях изразец муравленый пустил по печке, стены бы в горенке красной кожей приодел, а он по-смирному – глиной да рогожкой. Назови кто в людях Кудыку зажиточным – на смех бы ведь подняли. Хоть и дом у него двупрясельный [5] – горница на подклете, и дым вон из трубы, а не из окна волоком… А все смекалка Кудыкина. Иной аж прослезится, о художестве [6] своем говоря, да кто ж ему поверит-то? А Кудыка как начнет хвастать, провираясь для виду, все от хохота с лавок валятся. Что с такого возьмешь? Потому и поборы на него падали самые легкие, и даже Кощей, под которым ходили все теплынские берегини, хранил Кудыкин двор лишь по малому оберегу [7]. А мог бы и по большому, раза в два дороже…

Кудыка отнял заслонку, лицо нежно тронул неворошеный жар под пеплом. Стало быть, все-таки дед вставал среди ночи да подтапливал… Древорез пошевелил кочергой, обдав красноватой позолотой рубаху, и, нашарив тугой, увесистый, как кирпич, стружечный жемок, сунул в печь. Вскоре загудело густое веселое пламя, забегали по стенам теплые зайчики. На полатях тут же закряхтел и заохал старый дед Пихто Твердятич:

– Охо-хо, внуче Кудыче…

– Ты спи, дед, спи, – успокоил Кудыка. – Темно еще…

– Темно… – недовольно повторил дед. – То-то и оно, что темно. А почему темно-то?

– Рано потому что, – ответил Кудыка, отправляя в огненную пасть печи еще один плотный стружечный кирпичик.

Полати заскрипели, затрещали, всколыхнулась лежащая горбом ветхая шубейка, и в пятнистой полутьме явилось морщинистое резное личико деда. Кудыка инда [8] залюбовался. Уж на что он сам слыл первым древорезом в слободе, а поди ж ты, выведи так-то вот каждую морщинку!

– Незаплатана ты башка! – гневно выкатывая глаза, прошамкал дед. – Рано ему! Солнышку-то давно уже встать пора!

– Ну ты солнышку-то не указывай, – ворчливо заметил Кудыка, закрывая заслонку. – Пора ему там, не пора…

Дед крякнул и примолк. Потом заворчал снова, на этот раз тревожно, испуганно:

– Раньше-то, а? Лето – долгое, зима – мягкая… Весной как пригреет – смотришь: а лед по речке по Сволочи шорохом идет вовсю… А ныне вон уже и Вытекла по затонам подмерзать стала… Эх! Прогневалось на нас ясно солнышко…

– Это за что же? – спросил Кудыка.

– А не надо было греков пущать в государствие! Время мерят, часы ладят…

Кудыка хмыкнул, засветил ночник и вышел в сени, где умылся ледяной водой из кадки, все посматривая, не зарозовеют ли слюдяные чешуйки в оконце.

– А знаешь, почему греков греками зовут? – снова заговорил дед, стоило Кудыке вернуться. – Грешные потому что!.. А ты вон с ними дружбу водишь, с ча-сов-щиками!..

Последнее слово дед выговорил презрительно, как выбранился.

– Как же это греков не пущать? – удивился Кудыка. – Ежели не пущать, так это бесторжие будет. Бесторговица…

– Да и леший с ней, с бесторговицей! – взвился дед. – Зато, глядишь, солнышко смилуется, припечет…

Кудыка не дослушал и снова поднялся в горницу. «Трык-трык… – все так же поскрипывал и постукивал резной снарядец. – Трык-трык…» Гирька на ремешке свисла уже чуть ли не до полу. Греки – греками, а и мы кое-что можем. Немудреная вроде снасть: два пупчатых колеса с колебалом да позвонок с опрокидом, а вот поди ж ты – время кажет и в позвонок бряцает на закате. Ежели бы еще и на рассвете бряцала – цены бы ей не было.

Кудыка нахмурился, остановил колебало и, намотав ремешок на валик, снова качнул. Трык-трык… А ведь дед-то прав. Ночи теперь не в пример длиннее стали. Шутка, что ли, лишних три оборота ременных на ночь накинул! Позавчера два, вчера три… Сколько ж еще набавлять-то? Ремня не хватит…

Долго бы еще размышлял Кудыка, но тут мелькнули наконец в слюдяных репейках окна дробные алые искорки. Обрадоваться, правда, не успел – понял, что не солнышко тем искоркам причиной. Кто-то бегал по улицам с огнем, да и не один. А вскоре стали слышны и отдаленные крики.

Кудыка торопливо подпоясал зипун и, на ходу влезая рукой в рукав шубейки, заторопился вниз по лесенке. Дед Пихто Твердятич, привскинувшись на полатях, тревожно склонял ухо к невнятному шуму.

– Что там, Кудыка?

– Да кто ж его знает! – так же тревожно отвечал ему тот, срывая со стены кистень-звездыш [9]. – Не иначе, опять лихие люди доброго человека в чужой клети поймали…

Нахлобучил шапчонку, выбежал в черные сени, отнял засов. Очутившись на низком крыльце, первым делом взглянул на восток. Нет, ничего там не светилось и даже не розовело.


С этой книгой читают
Вот уже больше десяти лет, как закончилась последняя Война магов. Чернокнижники давно подчиняются Службе Контроля за Магией, дети в обязательном порядке проходят проверку на магические способности, волшебников, преступивших закон, лишают магического дара Слухачи-Инквизиторы…Так было. Но будет ли так и дальше? Ведь в провинциальном городке живет юная Агата Мортимер – дочь легендарных магов – преступников, чьи дерзкие эксперименты с материей и посл
Мальчишка из рыбачьей деревеньки готовится стать помощником местного жреца. Однако ему уготована другая судьба: полоса суровых испытаний на грани между жизнью и смертью, жестокие и могущественные враги…Совсем иначе могла сложиться жизнь наследника Лунной династии, если б имперская политика не вынудила родителей держать в тайне его рождение. Но придет время, тайное станет явным и Лунный воин силой возьмет то, что принадлежит ему по праву.
Приключения героев «Самого сердитого гнома» и «Одиннадцатого легиона» продолжаются!Суровый Пархавиэль Зингершульцо скитается по дорогам Империи, пытаясь найти своего боевого друга Гифера, а натыкается на искусную воровку Флейту!Эльфийка Джер, учившая искусству меча Дарка Аламеза, вступает в тайную организацию, пытающуюся изменить мир к лучшему…Граф Гилион, граф Карвол и Анри Фламер заключают, скрепя сердце, нелегкий союз…Охота за древним манускри
Он – тот, кто должен сыграть до конца фугу для двух клинков, двух миров и одного магистра, и тогда рухнет заклятие Аримана, закольцевавшее два мира…Он – тот, кто однажды заснул – и очнулся ото сна уже в Разделенном мире. В мире, где он обладает Мечом Поющим и Кинжалом Молчащим. В мире, где, как нигде более, сильна власть колдовства. Так начинается его путь. Путь ученика…Но чем же продолжится путь Ученика? Попыткой спасти похищенного ребенка в мир
«А вот любопытно, жилось ли когда-нибудь сладко русскому домовому? Ой, нет… Разве что до Крещения Руси, но о тех замшелых временах никто уже и не помнит – столько даже домовые не живут.При царе попы зверствовали: нагрянет гривастый с кадилом, всю избу ладаном отравит, углы святой водой пометит – из вредности, а от неё шёрстка портится и сила пропадает… Спасибо советской власти: постреляли извергов, посажали, а те, что убереглись, тихие стали, без
Трое друзей только-то и хотели – спасти островитян-полинезийцев от грядущего захвата европейцами. Они забыли, к чему может привести одна-единственная бабочка, раздавленная на дороге прошлого.И ГРЯНУЛ ГРОМ…И история пошла по другому пути. Только – совсем не по такому, какого ожидали трое наивных спасителей…Полагаете, это Рэй Брэдбери? И ошибаетесь. Это – «Слепые поводыри» Евгения Лукина. Фантастика забавная – и щемяще-горькая. Фантастика НЕОБЫЧНАЯ
Небольшая ошибка в протоколе гребной регаты, отправляет в далекое прошлое шестерых жителей Баклужино. Итак, 1237 год, начало татаро-монгольского завоевания Киевской Руси.
Для всех истинных любителей отечественной иронической фантастики Евгений Лукин – примерно то же, что Марк Твен или Михаил Зощенко – для любителей иронической прозы вообще. Потому что это – имя автора, таланту которого, безупречно яркому и оригинальному, подвластны практически ЛЮБЫЕ повороты (и навороты) в непростом сочетании фантастики и юмора – от искрометных притч до едких, почти циничных рассказов, от великолепной сказовой прозы, обыгрывающей
Мир мертв. Уцелевшие люди, утратив способность к деторождению, нашли формулу бессмертия, но время изнашивает их сознания, а тела начинают разлагаться. Чтобы не сойти с ума, они стирают себе воспоминания, а благодаря генератору, передающему в мозг иллюзии, не замечают внешнего упадка. Понимая неотвратимость конца, ученые стремятся сохранить цивилизацию и начинают внедрять в общество человекоподобных машин. Так, одному из роботов внушают, что он жу
Людей становится так много, что Земля не может вместить всех – ей нужна передышка. Пришельцы из космоса помогают человечеству найти новую планету, а пришельцы, живущие в недрах, – построить гигантские корабли, на которых когда-то давно прилетели сами. Проводится лотерея: кто останется на Земле, а кто отправится осваивать новый дом. На приготовления у людей есть несколько лет, и за это время молодой режиссер хочет войти в историю, сняв последний ф
«Бард Чай задумчиво проговорил:– Культы, значит…И посмотрел на мусороприемник, который со скрежетом пережевывал ленту с отчетом. Аппарат давно не смазывали, и он проржавел. Работая, он натужно подвывал и исходил ядовито пахнущим дымком. Чай покачал головой и выключил машину – ее покрытая вмятинами поверхность стала приобретать отвратительно алый оттенок. Перегрелась. С лентой, правда, справилась. Чай запихнул в приемную щель кучу отбросов, аппара
Лондонский туман по-прежнему холоден и густ. В нем одинаково легко тонут дворцы и трущобы, горести и радости, слова любви и призывы о помощи.Чей силуэт промелькнул в тусклом свете газовых фонарей – гениального механика или благородного вора? Обнищавшего дворянина или богатого призрака? Человека со стальной рукой или куклы с человеческим сердцем? А может, это просто неугомонный инспектор Скотланд-Ярда охотится на инопланетян, обосновавшихся по адр
«Волонтёры Вечности» – второй том из цикла «Лабиринты Ехо» Макса Фрая, уже давно и надежно ставшего легендой.В этой книге бесстрашный сэр Макс продолжает вести расследования загадочных историй, происходящих в волшебном мире Лабиринтов Ехо – мира, названный так в честь крупнейшего города могущественнейшего королевства.На этот раз сэру Максу удастся обезвредить банду разбойников, поселившихся в Магахонском лесу, справиться с членами Ордена Долгого
Всякая история, рассказанная дважды (скажем, утром и вечером, или в начале весны и в конце осени, или вслух и на бумаге), – это уже две разных истории.И если уж всякому человеку позволено иметь двойников – зазеркального, и того, что смотрит за нас наши сны, почему бы не иметь таких двойников книге, написанной наяву, о событиях, случившихся во сне.Вышло так, что история о Гнездах Химер была рассказана дважды, по числу волшебных ветров Хоманы, отра
Она – Анна Эндрюс, телеведущая дневных новостей на BBC.Он – Джек Харпер, ее бывший муж и главный инспектор полиции в Блэкдауне – месте, где она выросла.Их пути вновь пересекаются, когда в ее родном городе находят тело молодой женщины. Жертву знали оба, но кому-то известно больше, чем кажется.Есть две версии: его и ее. Один из них знает больше, чем говорит. Кто лжет?
«Дух викингов» – новая книга Дэниела МакКоя, создателя популярного американского сайта «Скандинавская мифология для умных людей», является введением в скандинавскую мифологию. Написанная по научным стандартам, но простым и ясным языком, книга легко читается. В нее вошли пересказы около 40 эпических историй, саг, отражающих таинственную религию викингов, неотъемлемой частью которой были мифы.Что понимали викинги под словом «судьба», как представля