Михаил Савеличев - Лабиринт для Минотавра

Лабиринт для Минотавра
Название: Лабиринт для Минотавра
Автор:
Жанры: Киберпанк | Научная фантастика
Серии: Нет данных
ISBN: Нет данных
Год: 2020
О чем книга "Лабиринт для Минотавра"

Бог безумен, ибо сотворен по образу и подобию человека, чей мозг неудачным экспериментом обращен в сингулярность. Но демиург не обсуждает порученное ему богом дело, он строит новый Эдем для нового человечества. Вот только человек, возомнивший себя богом, и его демиург, считающий себя человеком, не могут творить из ничего. И последний в Солнечной системе знаток старинной научной фантастики готов предложить самозваному Творцу то, что тот жаждет получить.

Бесплатно читать онлайн Лабиринт для Минотавра


Ветхозаветный киберпанк
(Автор благодарит Сергея Шикарева за придуманный им жанр – «ветхозаветный киберпанк», в котором и написан данный роман.)
На Венере, ах, на Венере
Нету смерти терпкой и душной,
Если умирают на Венере –
Превращаются в пар воздушный.
Н. Гумилев

…И сотворил человек бога по образу и подобию своему.

Теогенезис

Книга I. Явление Корнелия

1. Великая Мать

Отсюда, с обрыва, находка выглядела огромным медным куполом, покрытым разводами патины. Казалось, кто-то укрыл в глубинах почвы колоссальный шар, хотя, насколько знала Пасифия, формой предмет больше походил на асимметричный эллипс с заостренным концом. Но в чем заключалось его содержание, а тем более суть, никто, конечно же, пока не ведал. Находка вызвала прилив любопытствующих и создала море неудобств как для ведущих раскопки, так и для обитателей поселка, привыкших к размеренной жизни их тихой заводи. Жалобы и взывания к совести результатов не возымели. Случился естественный отлив интереса к находке, усугубленный тем, что ультразвуковое сканирование обнаружило – артефакт, или как его называли сами археологи – «анклав», имеет столь чудовищные размеры, что пришлось бы смыть значительную часть леса и ликвидировать близлежащие поселки, чтобы поднять его на поверхность земли. Никто, естественно, на подобные материальные и моральные траты идти не собирался, раскоп законсервировали, а встревоженных жителей окрестных поселков успокоили, заверив, что никакое переселение им не грозит.

Постояв на обрыве еще немного, Пасифия вернулась в лес. Погода выдалась подходящей для прогулки – моросило, между деревьев плавали облака тумана, под ногами разливались лужи, и Пасифия в них с удовольствием наступала. Она пожалела, что взяла зонт, – светило утонуло в низких плотных облаках до самого вечера, когда ветер с побережья разорвет их в клочья, открывая небо настежь. Зонт цеплялся за кусты, ветви и лианы, повисшие сытыми червями, и Пасифия пыталась поудобнее пристроить его то на плече, то под мышкой, а то и просто волочить за собой, пока все же не нашла для него нужное положение. Можно использовать его как опорную палку! Зонт если и не помогал, то, по крайней мере, не мешал впитывать прелести послеобеденной прогулки. Когда изогнутая рукоять удобно слилась с держащими ее пальцами, Пасифия ощутила себя не то бывалым мореходом, не то бодрящейся старухой, утекшей от чрезмерной, на ее вкус, опеки медперсонала Санаториума, дабы доказать неведомо кому, будто она еще ого-го-го!

Телониуса на вас не хватает, подумала Пасифия, вот ему никогда не удавалось примириться с несовершенством окружающего мира, из-за чего и отправился на свою жуткую Венеру превратить непригодное для существования пекло в приятную для жизни и работы заводь, и как знать, – успокоится он на этом или возьмется за преображение иных планетоидов? Как называют подобных ему? Демиургами?

Пасифия не заметила, как далеко позади остались утоптанные дорожки и ухоженные участки леса, почва раскиселилась, поглощая ступни до щиколоток, а затем выше и выше, подбираясь до икр, а справа и слева зеленели не лужи, а самые что ни на есть озерца и болотца. Но протянутые по чащобе паучьи нити – за одну из них Пасифия тут же ухватилась – не позволяли заблудиться. Разве что забрести в совершенно непроходимые места. Затем путь преградила чащоба упавших и покрытых длинными водорослями мха стволов, и Пасифии волей-неволей пришлось остановиться – на этот раз она превзошла саму себя, кажется, все-таки потеряла дорогу. Вокруг с треском шмыгали стрекозы, порхали бабочки всех размеров и расцветок. На ближайшем стволе пристроился скорпион умопомрачительных размеров, из тех, что называют «минотаврами», угрожающе задрав хвост с жалом и выставив в сторону Пасифии клешни. На хвосте проступила желтоватая капля яда.

Пока Пасифия раздумывала – не ткнуть ли скорпиона зонтиком, должен ведь тот сгодиться на что-то еще, кроме как служить посохом заплутавшего странника, – внезапный резкий звук прорезал тишину и покой чащобы, скорпиона словно водой смыло, а Пасифию окутал вихрь вспуганных бабочек. Она отмахнулась от глупых чешуекрылых, однако ощутила знакомый зуд между пальцами. Когда мельтешение понемногу рассеялось, Пасифия огляделась по сторонам в поисках источника незнакомого звука и столь знакомого зуда.

Кто-то в поселке клялся, будто видел в здешних чащобах странную личность, выводящую рулады на самодельном древесном органе. Если честно, Пасифии очень хотелось в подобное поверить, на одной из прогулок встретить таинственного музыканта и насладиться давно неслышимыми ею переливами воды и шумом древесных соков, резонирующих под пальцами и палочками органиста, но сколько она не совершила выходов в лес, а встретиться с загадочным органистом не удавалось. Но сейчас ей почудилось, что чувствует знакомые волны ноктюрна «Благовест», однако это оказалось всего лишь капелью очередного приступа дождя из низких туч. Впрочем, по тем же слухам выходило, будто органист выводит рулады не в одиночестве, что выглядело бы весьма романтично, а в компании громадного первопроходческого робота, охраняющего хозяина не только от норовящих наползти скорпионов и прочей нечисти, но и от нескромных взглядов и ушных отверстий. Однако в последнее верилось совсем с трудом, как и в то, будто у лесного музыканта напрочь отсутствует голова, а вместо нее зияет черная бездна, но это совершенно ему не мешает играть.

– Так-так-так, – сказала Пасифия, впервые за время пребывания в лесу нарушив молчание. – И что бы это значило? – Едва ли рядом мог находиться некто, ею незамеченный, готовый дать ей, Пасифии, страннице с зонтом, необходимые пояснения.

Как ни удивительно, но ответ Пасифия получила сразу – сквозь непролазный на вид бурелом протекла и встала перед ней во весь огромный рост Великая Мать. Пришлось попятиться, уступая ей место, хотя места имелось в избытке, но Пасифии меньше всего хотелось находиться в такой близости от выплывшей из глубин леса фигуры. Великая Мать была как Великая Мать – вчетверо превосходя по росту Пасифию, которую никто не решался назвать существом хрупким, и вчетверо – по ширине, хотя опять же никто не осмелился укорить Пасифию в излишней стройности. В остальном Мать выглядела не ахти, что не удивительно. Если учесть скудную населенность здешних мест, издревле отведенных под сугубо служебные нужды обитателей, в массе своей предпочитающих и более теплый, и более влажный климат экваториальной зоны. Нет, все положенное у Великой Матери наличествовало: могучие складки в подобающих местах, татуировки и шрамы замысловатыми узорами разбегались по коже. Но в остальном она своею неухоженностью вызывала у Пасифии неуместное сочувствие, пожалевшей о забытом походном косметическом инструменте, хотя когда она собиралась, ее взгляд омыл коробку из темного дерева и накатила мысль – а не взять ли ее с собой на прогулку. Поколебавшись, выбрала зонт, это казалось и прагматичнее, и не столь экстравагантно как тащить в лес набор гребешков, ножниц и пилок.


С этой книгой читают
Космическая гонка сверхдержав продолжается! Впереди новый рубеж – таинственный Марс. Кто первый высадится на Красной планете? Отважный советский экипаж новейшего корабля «Красный космос» или американские астронавты, чей корабль мгновенно преодолевает пространство, за что приходится расплачиваться страшной ценой – человеческой сущностью? И в центре этой гонки – Зоя Громовая, которой предстоит сразиться со страшным врагом, чтобы победить в Большой
«…Мама говорит:– Ее зовут Софья.А я говорю:– Почему?Мама мне отвечает:– Тебя папа так назвал. В честь знаменитой ученой.А я опять:– Почему?И мама начинает снова и снова рассказывать об ученой, в честь которой меня назвали. А я твержу:– Почему?Других слов ведь пока не выучила…»
Сборник включает три повести, объединенные по месту, времени и обстоятельствам действия: СССР, г. Братск; 1960-е годы; альтернативные реальности. В повести «Проба на излом» работник Спецкомитета Дятлов ставит жестокий эксперимент по превращению своей воспитанницы, обладающей сверхспособностями, в смертоносное оружие против подобных ей «детей патронажа», провозвестников грядущей эволюционной трансформации человечества. События повести «Сельгонский
«Утром Гноил задушил жену.Она лежала на животе, а он сидел сверху, крепче стискивая панцирь. Клешни ее впивались в твердь, вырывая огромные студенистые куски почвы. Пот бежал по лицу, плечам, спине Гноила, превращаясь в стебли и пытаясь укорениться в извивающемся теле. Аммониты почуяли добычу и с легким свистом плыли в вышине, бросая тень на Сад. Молодые и полупрозрачные, с темными зигзагами на раковинах, тянули к задыхающейся нефелим щупальца, а
Каждый имеет собственные желания и цели. И если в обычном мире, наполненном повседневностью и скукой, людям нетрудно разобраться в подобных хитросплетениях течения жизни, то в мире, которого никогда не должно было существовать, понять, ради чего стоит сражаться, не так-то просто. На плечи молодых людей пал невозможный выбор, ведь для того, чтобы сохранить то, что им дорого, каждому из них придется принести свою жертву. Что же действительно важно
История о лётчике, который научился верить в себя, об искусственном интеллекте истребителя, который отказался убивать, а ещё о настоящей дружбе, благом хакерстве и погоне за северными сияниями.
«Мир без границ – мир, в котором некуда бежать»Рассказ-антиутопия о победе глобализма, централизации и тотальной слежки за людьми. В мире без границ ты не принадлежишь себе.
Данная книга не трактует объективную истину, а лишь интерпретирует прагматические особенности природы реальности и ее взаимодействия с живыми организмами.«Новая научная истина не убеждает оппонентов, не заставляет их прозреть, побеждает онапотому, что ее оппоненты в конце концов умирают и вырастает новое, знакомое сней поколение – Plank 1968
Во втором издании известного двухтомника «Русь и Рим» известные самому широкому кругу читателей ученые А. Т. Фоменко и Г. В. Носовский рассказывают о своих исследованиях по хронологии древней и средневековой истории, которые привели к созданию новой хронологии, существенно отличающейся от общепринятой версии Скалигера-Петавиуса.В книге критикуется традиционная версия истории Руси, Китая, Англии и предлагается новая версия истории этих стран, согл
Все слышали: «Остерегайтесь случайных связей!», но все же они случаются. Этот триптих, из почти несвязанных между собой историй, родился в конце 80-х, а в 91-м приемная комиссия Литинститута, куда я его отправил, собеседование начала с фразы: «Вот вы эротический писатель…». В ответ возмутился, что пишу просто о жизни и добавил, что Венера Милосская – прекрасна, но она, увы, без рук. И хотя тема обязывает на определение – «эротика», но те, кому ин
Игорь привык спасать людей, всё же врачом хирургом работает. Параллельно он увлекается БДСМ и владеет тематическим клубом. Неожиданно к нему в больницу попадает девушка, которую приходиться не только лечить, но и забрать домой.
Появление на пороге молодого парня с ярко-желтыми глазами полностью перевернуло размеренную жизнь обычной американской домохозяйки. Почему я чувствую себя так странно в его присутствии? И от наглого взгляда теряюсь как девчонка? Ведь он - лишь друг моего сына… и оборотень-одиночка, приехавший в наш город в поисках истинной.