Сергей Кузнецов - Подобно тысяче громов

Подобно тысяче громов
Название: Подобно тысяче громов
Автор:
Жанры: Современные детективы | Контркультура
Серии: Нет данных
ISBN: Нет данных
Год: Не установлен
О чем книга "Подобно тысяче громов"

В один день погибают две девушки. Женя Королева – предположительно отравлена. Мила Аксаланц – предположительно доведена до самоубийства. «Гуру по жизни» Юлик Горский и Антон, его Арчи Гудвин, расследуют эти две смерти, такие разные и тем не менее таинственно связанные.

«Подобно тысяче громов» – роман из Москвы образца 1994 года. Рейв-культура, бизнес по-русски. Сказка и реальность, история любви, история дружбы. Первая часть трилогии Сергея Кузнецова «Девяностые: сказка».

Бесплатно читать онлайн Подобно тысяче громов


Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


Иллюстрация на обложке © reznik_val – Fotolia.com

Предисловие

Лети, лети, лепесток,

Через запад на восток,

Через север, через юг

Возвращайся, сделав круг.

Лишь коснешься ты земли,

Быть по-моему вели.

Валентин Катаев. Цветик-Семицветик

Из глубины этого сияния раздастся естественный звук Истины, подобный тысяче громов. Гремящими раскатами прогрохочет он, и среди них ты услышишь крики «Бей! Убивай!» – и мантры, внушающие страх. Не бойся; не беги; не ужасайся; знай, что эти звуки – умственное содержание твоего собственного внутреннего света.

Тибетская книга мертвых (Бардо Тёдол). Седьмой день Чёнид Бардо

Предисловие к электронному изданию

Этот роман должен был называться «Семь лепестков: второй приход», однако чрезмерное внимание ГосНаркоКонтроля к первой версии ( «Семь лепестков», «Амфора», 2003) заставило отказаться и от остатков старого названия и от слова «приход». Поэтому я поменял название на «Подобно тысяче громов» и написал предисловие с перефразом классического текста конца XVIII века.

Впрочем, все эти игры в кошки-мышки и иронические цитаты не отменяют моей благодарности издательству «Эксмо», издавшему «Подобно тысяче громов» в ситуации, которая выглядела более рискованной, чем оказалась в конце концов.

В настоящее издание внесены некоторые небольшие изменения – вставлена выпавшая при верстке фраза и по просьбе Ст. Ф. Ростоцкого возвращена реплика одного из персонажей.

Предисловие к бумажному изданию

Первую версию этого романа я писал два года и, когда закончил, был так счастлив, что не смог даже как следует его перечитать. Это была моя первая книжка, первый роман трилогии «Девяностые: сказка», затем последовали «Гроб хрустальный» и «Серенький волчок». Закончив третью книгу, я присмотрелся и понял, что трилогии не получилось: слишком велик стилистический разрыв между завершающим романом и первыми двумя. «Семь лепестков» и «Гроб хрустальный» – довольно слабые романы, даже в сравнении с «Сереньким волчком». Именно поэтому я решил переписать первые две книги. Недавно вышел «Гроб хрустальный: версия 2.0», теперь пришла очередь романа, открывающего цикл.

Я надеялся, что потребуется только косметический ремонт, но пришлось сделать полную перепланировку. Образовался совершенно новый роман – новый эмоционально, стилистически и идеологически. Даже финал другой. В последний момент изменилось даже название.

Критики очень хотели видеть в «Семи лепестках» роман с прототипами. Пользуясь случаем, хочу заявить, что прототипы есть разве что у журнала «Летюч» и его главного редактора. Я не назвал их настоящими именами, только чтобы не очернить реальных людей, делавших «Птюч»: в отличие от персонажей романа сотрудники Игоря Шулинского никогда не были вовлечены ни в какие уголовные дела. Другое дело, что истории, которые вспоминают герои, в самом деле могли происходить со мной или другими людьми, знакомыми и незнакомыми. Короче, все как всегда – сходство или совпадение имен, фамилий и фактов биографий случайно.

Неслучайно только совпадение со временем: потому что, как не крути, это книга про первую половину девяностых годов. Было бы несправедливо назвать роман «Подобно тысяче громов» апологией этого тяжелого периода в истории нашей страны. Напротив, это роман-обличение, живописующий картины нравственного распада людей, снедаемых всеми пороками своего времени: алчностью, сладострастием, себялюбием. Читатель встретит здесь персонажей, характерных для описываемой эпохи: коммерсантов, наживающихся на несчастиях русского народа, женщин, пожертвовавших своим целомудрием ради иллюзорных благ материального мира, наркоманов, погубивших свою жизнь и свой мозг употреблением так называемых легких наркотиков. Нынешняя редакция романа не оставит у читателя сомнения в злокозненности и порочности образа жизни, избранного для себя персонажами книги. Их счастье кратковременно и быстротечно; оно подобно молнии, обманчивый свет которой лишь на миг украшает небо, чтобы вернее низвергнуть в пучину смерти несчастных людей, ослепленных этим блеском.

Обличая в романе те или иные человеческие пороки, невольно приходится их живописать, предоставляя слово людям, чьи взгляды не может разделить ни автор, ни читатели. Я верю, что те или иные рассуждения, встречающиеся на страницах романа вследствие определенного характера некоторых действующих лиц, не смогут кому-либо повредить – независимо от того, касаются ли они экономики, морали или действия психоактивных веществ. Читателю следует только помнить, что в силу специфики художественной литературы, не все, высказанное на страницах романа отвечает взглядам автора. В реальной жизни же следует руководствоваться не сомнительными рассуждениями вымышленных лиц, а нравственным чувством и Законом Российской Федерации. И тогда, закрыв эту книгу, читатель с легким сердцем сможет повторить слова классика: «Как сильно изображенный в романе порок заставляет любить многом благодаря им состоялась вторая версия этого романа.

Я рад выразить свою благодарность Ксении Рождественской, редактору первой версии, а также Мите Волчеку, Александру Гаврилову, Алене Голяковской, Линор Горалик, Льву Данилкину, Владимиру (Диме) Ермилову, Демьяну Кудрявцеву, Максиму Кузнецову, Татьяне Макаровой, Александру Милованову, Юле Миндер, Вадиму Назарову, Сергею Немалевичу, Маше Нестеровой, Антону Носику, Кате Панченко, Станиславу Ф. Ростоцкому, Соне Соколовой, Сергею Соколовскому, Максу Фраю, Максиму Чайко, Вадиму Эпштейну, Леониду Юзефовичу, а также всем тем, кто поддерживал меня в девяностые и другие годы.

В заключении я хочу выразить особую благодарность Елене Дмитриевне Соколовой, без которой вторая версия этой книги никогда не была бы написана. Ее профессиональные консультации были для меня также чрезвычайно важны при написании первой версии. Эта книга посвящается ее светлой памяти.

Комната кажется почти пустой. Несколько стульев, диван, низенький столик. Два чемодана у двери. На полу аудиоцентр – его завтра заберет Никита. Комната пуста, как тело, которое вот-вот покинет душа.

Юлик Горский нажимает кнопку электрического моторчика. С легким жужжанием инвалидное кресло катится к темному окну. За окном падают во тьме снежинки, светятся ночные огни домов, трассируют автомобильные фары далекого проспекта. Горский привык смотреть на Москву с четырнадцатого этажа – завтра он увидит город с высоты птичьего полета.

Приятного путешествия, одними губами говорит Горский, have a good trip1. Сколько трипов здесь было, сколько раз стены расцветали неведомыми цветами, колыхались, дышали, вибрировали в одном ритме с Космосом. Сейчас они неподвижны: серые невзрачные обои, стершийся рисунок. Только напротив дивана – приколотая булавками цветная картинка. Копия тибетской тангхи: разноцветная мандала, пары тибетских божеств четырех цветов танцуют по краям, а в радужном центре лотосовый владыка танца обнимает свою красную дакини.


С этой книгой читают
Сергей Кузнецов умеет чувствовать время и людей в нем, связывая воедино жизни разных персонажей. Герои его нового романа «Учитель Дымов», члены одной семьи, делают разный жизненный выбор: естественные науки, йога, журналистика, преподавание. Но что-то объединяет их всех. Женщина, которая их любит? Или страна, где им выпало жить на фоне сменяющихся эпох?«Роман о призвании, о следовании зову сердца. О жизни частного человека, меняющего мир малыми д
В новом романе Сергея Кузнецова, финалиста премии «Большая книга», более ста героев и десяти мест действия: викторианская Англия, Шанхай 1930-х, Париж 1968-го, Калифорния 1990-х, современная Россия… В этом калейдоскопе лиц и событий любая глава – только часть общего узора, но мастерское повествование связывает осколки жизни в одну захватывающую историю.
Знаменитый испанец Артуро Перес-Реверте благословил Сергея Кузнецова на писательские подвиги и не ошибся: романы Кузнецова – образец увлекательной интеллектуальной литературы, где комизм переплетается с трагизмом, а напряженная интрига и динамичный сюжет соседствуют с чистой лирикой.…Эти люди считали себя яппи. Они были уверены, что с ними ничего не может случиться. Они ужинали в лучших ресторанах, и пили кофе в редких московских кофейнях. Москва
Сергей Ю. Кузнецов – прозаик, журналист; автор романа «Хоровод воды», самой необычной семейной саги нашего времени, вошедшей в шорт-лист премии «БОЛЬШАЯ КНИГА».Мир в романе «Живые и взрослые» не делится на богатых и бедных, на белых и красных – здесь есть только живые и мертвые. Между живыми и мертвыми проведена Граница и налажены деловые отношения. У мертвых есть современные технологии и красивая одежда, у живых – любовь и дружба. У живых – тече
Впервые роман в полной версии вышел в свет в 2007 г. Пиратски попав в интернет, первое из пяти на сегодняшний день произведений Зямы Портосовича Исламбекова стало по мнению критиков – новым направлением в сатирической литературе 21-ого века. Книга печатается с разрешения автора, любезно предоставившего оригинал-макет рукописи. Все перепечатки без разрешения автора категорически запрещены! Рассчитана на людей с чувством юмора и «советской родослов
Во второй том серии вошли уникальные, популярные произведения современного автора Николая Калифулова. Серия «Погоня» представлена жанром остросюжетного криминального детектива, где присутствует динамичный сюжет, драматическая интрига, сильные волевые персонажи. Главный герой всегда в центре событий, рискуя жизнью, распутывает сложное дело и преследует преступника. Эти произведения способны удовлетворить самого взыскательного и искушённого читател
Герою романа предстоит сделать выбор: любовь, свобода и смерть или жизнь, но без любви и свободы. Выбор жесткий и странный. Для него – странный. Странный потому, что решение уже существует. И он уже принимал его в сотне других жизней.
В романе рассказывается о жизни женщины с детства до зрелого возраста в суете постоянных забот о существовании. Кровавые преступления происходят в непосредственной близости от нее. Судьба ставит перед ней препятствия, тяжелые испытания, которые она с честью преодолевает.
Что делать, если твоя жизнь превратилась в кошмар? Совсем рядом проносится на бешеной скорости машина, и только в последнюю секунду случайный прохожий спасает от смерти… Маньяк с ножом подстерегает на темной лестнице… Шальная пуля застревает в изящном рюкзачке… Предает любимый муж… Тележурналистке Александре Потаповой кажется, что кругом одни только враги. Но удивлению Саши не было предела, когда она узнала, что за этими страшными событиями стоит
Когда Данилов приехал домой, его жена уже умерла… Гаишник, задержавший Данилова на дороге, `спас` его от тюрьмы, создав неопровержимое алиби. Однако несчастья продолжали подстерегать архитектора. Обезображен особняк, который Данилов вот-вот должен был сдать богатому заказчику, в офисе убит сотрудник его фирмы. Кто-то упорно хочет бросить тень на несостоявшегося музыканта, сына известных родителей, который не оправдал их надежд, а потому презираем
Раны на коже затягиваются, дурные сны исчезают, как дым. Но душевных ран не исцелить, память не рассеять. Она, подобно безжалостному палачу, рвет сердце на части, терзает воспоминаниями. Душа кровоточит, и не унять боли, потому что нельзя вернуться назад и что-то изменить. И тогда остается лишь Воздаяние тем, кто нанес губительный удар. Перворожденная Альвия Эли-Борг готова к мести, но клинок ее направлен в собственное сердце…
Мистические рассказы, входящие в этот сборник – динамичны, завлекательны, таинственны и вовсе не так однозначны, как может показаться на первый взгляд. Здесь и леденящие сердце подробности, и двусмысленные намёки, и странные происшествия и атмосфера старого доброго хоррора, когда каждый нерв напряжен, и случайный скрип половицы или звук открывающейся двери приводят в трепет… Но наряду с этим, по мере прочтения очередной истории, можно заметить уд