Александр Бушков - А. С. Секретная миссия

А. С. Секретная миссия
Название: А. С. Секретная миссия
Автор:
Жанры: Историческая фантастика | Исторические приключения
Серия: А. Бушков-мини
ISBN: Нет данных
Год: 2007
О чем книга "А. С. Секретная миссия"

Александр Бушков снимает гриф секретности с архивных дел Особой экспедиции. Эта глубоко законспирированная служба III Отделения собственной Его Императорского Величества Николая I канцелярии занималась исследованием странных, удивительных и необъяснимых происшествий. Но что самое пикантное в новом романе – главное действующее лицо – Александр Пушкин. Поэт выступает в роли агента «Союза трех черных орлов», тайного сообщества, поставившего себе целью противодействие черной магии, нечистой силе и бесовству.

Бесплатно читать онлайн А. С. Секретная миссия


Часть первая

Три черных орла

Глава первая

Трое за одним столом

Господин Фалькенгаузен был невысок, лысоват и, следует откровенно добавить истины ради, никак не мог похвастать стройностью талии. Он стоял, сложив руки на выдающемся животе, с кроткой улыбкой многое повидавшего в этой жизни человека. Зато молодой человек, потрясавший перед ним кулаком, представлял собой забавную смесь наглости и боязливости, будто дворовая собака, подозревающая, что проникший на подворье бродяга прячет за спиной палку. Чем сильнее он волновался, тем яснее становилось понимающему человеку, что выговор у него саксонский.

– Что вы хотите этим сказать, черт побери?

– Ровно столько, сколько и было сказано, – смиренно, даже кротко ответил Фалькенгаузен. – Что эти штучки, которые вашей милости отчего-то угодно именовать талерами австрийской чеканки, мне не нравятся. Чрезвычайно, я бы уточнил, не нравятся.

Молодой человек в синем сюртуке передернулся, словно нечаянно коснулся лейденской банки и получил чувствительный удар электрической силой. Он вопросил с грозно-визгливой интонацией:

– Вы соображаете, черт вас побери, что разговариваете с дворянином?

Господин Фалькенгаузен терпеливо взирал на него снизу вверх с той грустной философичностью, что свойственна всякому многолетнему содержателю постоялого двора, пусть даже в соответствии с прогрессивными веяниями времени и называемого теперь «отелем».

– О да, разумеется, – сказал он с неким подобием поклона. – Вас это, быть может, и обескуражит, молодой человек, но мне, скромному держателю отеля, не раз приходилось разговаривать с дворянами, поскольку отель наш безупречен по репутации и охотно посещается благородной публикой. Мне приходилось, к примеру, говорить с английским лордом, с русским князем и даже, хотя вы вправе и не верить, с путешествовавшим инкогнито наследным принцем одного из германских владетельных домов. Дотошности ради можно добавить, что в прошлом году мне пришлось беседовать даже с персидским дворянином. Его титул, скажу вам по совести, звучал для европейского уха непривычно и причудливо, но его светлость, никаких сомнений, был самым что ни на есть доподлинным дворянином… и, скрупулезности ради, позвольте уж упомянуть, что его деньги, несмотря на диковинный вид и совершенно неудобочитаемые надписи, мне, тем не менее, понравились чрезвычайно… Не найдется ли и у вас каких-нибудь других денег, которые мне понравятся гораздо больше тех, что вы только что попытались заплатить?

Он смотрел скучающе, говорил лениво, чуть ли не равнодушно – и это, должно быть, взбесило молодого человека еще больше.

– Ну хорошо же, горе-трактирщик! – воскликнул он, делая шаг вперед и грозно кривя лицо. – Я вам покажу, как оскорблять безнаказанно…

– Господин Готлиб, – не меняя ни тона, ни выражения лица, произнес хозяин отеля «У золотой русалки», устремив взгляд в пространство за спиной синего сюртука.

На плечо молодому человеку тут же легла тяжелая рука. Инстинктивно он посмотрел через плечо – но тут же ему пришлось не то что поднять глаза выше, а еще и задрать голову. Господин Готлиб возвышался над ним, как крепостная башня над хлипким молодым дубочком. Казалось, его макушка касается почерневших стропил, перекрещенных высоко под потолком. Совершенно непонятным осталось, как человеку столь высокого роста и устрашающей комплекции удалось подойти со спины совершенно бесшумно.

Какое-то время царило напряженное молчание, нарушаемое лишь стуком колес только что подъехавшей почтовой кареты и кудахтаньем кур на заднем дворе. Господин Фалькенгаузен терпеливо ждал с кротостью христианского мученика, ввергнутого во львиный ров. Чуть позже он едва заметно улыбнулся, проницательным взором знатока человеческой природы усмотрев миг, когда молодой человек, несомненно, дрогнул.

И, подняв руку со сверкающим талером на уровень глаз молодого саксонца, заговорил с неприкрытой скукой:

– Вы меня безмерно удручаете, молодой человек. Вынужден вам напомнить, что здесь не Ганновер… вы ведь из Ганновера изволили к нам прибыть? Судя по ширине лацканов вашего новехонького сюртука, оттенку сукна и пуговицам, мы имеем дело с произведением славных ганноверских портных, и не перечьте. Так вот… Во-первых, вы, сдается мне, в юности читали слишком много плутовских романов. Это в них любой трактирщик или владелец постоялого двора – персонаж в первую очередь комический и не приспособленный к реальной жизни. В действительности же представитель означенной человеческой разновидности гораздо умудрен житейским опытом и прекрасно знаком с теневыми сторонами бытия… Право же, мой дорогой! В тысяча восемьсот двадцать седьмом году от Рождества Христова следовало бы подсовывать владельцу отеля что-нибудь более искусно сработанное. Тысяча извинений, но то, что вы именуете талерами… фи! Во-вторых, обращаю ваше внимание на то, что вы имеете честь находиться в Праге. – Он значительно поднял палец. – Не где-нибудь, а именно в Праге!

Слегка пошатываясь под тяжестью могучей десницы безмолвного, смотревшего сурово господина Готлиба, молодой саксонец в сюртуке ганноверского пошива прямо-таки взвизгнул:

– Ну и что?

Господин Фалькенгаузен поднял брови:

– Вы, в самом деле, не понимаете специфики места?! Я, коренной пражский обыватель, удручен и уязвлен в самое сердце… Да будет вам известно, что древний город наш примечателен во многих отношениях. Так уж сложилось, что в граде нашем испокон веков обитали весьма примечательные алхимики, колдуны и прочие мастера преудивительных искусств. Не счесть таких, которые именно под пражскими крышами превращали свинец в золото посредством философского камня, изобретали удивительные механизмы и приспособления, превращали металлы, как бы это выразиться…

– Из первоначальных в совершенно иные, – густым басом подсказал господин Готлиб.

– Совершенно верно! – воскликнул Фалькенгаузен. – Отлично сказано! Вот именно что – из первоначальных в совершенно иные! Вы прямо-таки поэт, господин Готлиб, это в вас удивительным образом сочетается с умением одним ударом кулака проламывать дубовую дверь… Вы поняли мою мысль, господин из Ганновера? В нашем городе, издавна славившемся всевозможными кунштюками, придумками и отточенным мастерством буквально во всем, прямо-таки стыдно вынимать из кармана столь примитивные подделки да еще дерзко именовать их талерами чеканки монетного двора нашего светлого императора… – Он спросил уже другим тоном, холодным и резким: – Прикажете послать за полицией, чтобы она по своему разумению рассудила наш спор? Или предоставим господину Готлибу право решить вопрос домашними средствами?

На молодого человека в синем сюртуке невозможно было смотреть без сострадания. Он пытался что-то пролепетать, но не находил слов.


С этой книгой читают
Жаркий июнь 1941 года. Почти не встречая сопротивления, фашистская военная армада стремительно продвигается на восток, в глубь нашей страны. Старшего лейтенанта погранвойск Костю Багрякова война застала в отпуске, и он вынужден в одиночку пробираться вслед за отступающими частями Красной армии и догонять своих.В неприметной белорусской деревеньке, еще не занятой гитлеровцами, его приютила на ночлег молодая училка Оксана. Уже с первой минуты, нахо
Весной 1945 года, когда до Берлина оставалось уже не так далеко, майор Федор Седых привез в расположение своего батальона девятнадцатилетнюю немку-беженку Линду, поселил ее рядом со своей комнатой и назначил ее своей помощницей.Вопиющий по своей дерзости поступок не остался незамеченным для офицеров СМЕРШа. Однако майор не обращал внимания ни на косые взгляды солдат, ни на строгий приказ Главнокомандующего.Потому что Линда обладала совершенно фан
Старший лейтенант Алексей Карташ, отправленный служить в глухую зону под Шантарском за совращение генеральской внучки, замечает неладное – смертность среди зэков возрастает, по поселку ходят слухи о засекреченном объекте в тайге. Никто не рискует сунуть нос в эти темные дела, лишь один Карташ решается приоткрыть завесу тайны над гибельным местом.
Сибиряки – народ особый. Закаленный. Напитанный энергией диких лесов и бурных рек. Говорят, встречаются среди них люди странные, наделенные невероятными способностями. Материалисты снисходительно улыбаются: «Это всего лишь мифы!» Но автор книги собрал и записал яркие свидетельства необъяснимых злых чудес, в которые поневоле начинаешь верить…Летом 1944 года, в перерыве между боев, два разведчика – сибиряк Гриньша Лезных и Коля Бунчук – одновременн
Художник лежит на полу земляном, обедая корочкой хлеба. Зияющий в крыше прогнившей проём заполнен вращением неба. Вальсирует Син за кружащимся Ра. В безудержном звездовороте Плеяды и Сириус, как мошкара. Рождаются, гаснут в полёте светила и птицы. И нет ни на миг возможности остановиться. Художник задумчиво смотрит на них. Его голова не кружится.
В Зеркалах Времени отражаются эпохи, события, люди, их деяния. Жанровый микс обусловлен структурой повествования: историческая фантастика, проза, стихи, подлинные архивные документы и воспоминания. Книга будет интересна любителям истории и фантастики, романтикам и реалистам.
Эта книга о том, кто сидит за столиком в кофейне. О том, кто едет в электричке, отражаясь в залитом солнцем окне. О том, кто остановился посреди толпы большого города. Здесь те слова, которые проносятся в голове в минуты вдохновения.
Книга выступает в роли небольшого пособия в деле исторического определения времени и указывает своим содержанием на многие ошибки современных историков и им подобных. В целом, она предоставляет сведения о так называемом римском счете, благодаря которому и по сей день остаются нераспознанными многие исторического характера грехи.
Рассказ был опубликован в журнале «Техника-молодежи», 2002, № 2.
«– Ы-ы-ы-ы-ы-ы!Бледный космодесантник Редуард Кинг обернулся на голос и сам не поверил собственной удаче.В пяти шагах от него прямо в придорожной пыли сидел лингуампир и явно хотел общаться.– Ы-ы-ы-ы! – повторил он и потыкал большим пальцем в середину своей лицевой повязки.Редуард поспешно сошел с дороги.– Пить? – спросил он и с запозданием отметил, что от волнения забыл задействовать транслитератор. Впрочем, в данном случае необходимости в перев
Когда нет любви и тепла в душе, а надежда на светлое будущее угасает с каждым днем – что остается? Бороться. Терпеть. Ждать. На долю Камиллы выпало немало испытаний. Она уже не верила, что хватит сил устоять перед тиранией отца, но судьба послала ей спасение. Враги и не догадывались, на что способны трое альфа-самцов, чтобы спасти свою истинную пару…Откровенный любовно-фантастический роман. Мужской гарем.Содержит нецензурную брань.
Самара, начало XX века. Одна за другой следуют революции и войны, изменяя жизнь горожан чуть ли не ежедневно. Страх перед завтрашним днем порождает смятение умов и приводит людей в секты.Две секты – скопцы и хлысты – обладают кормчими, адептами, имеют свои обряды и живут по определенным правилам. Жертвами их притяжения становятся как простые самарцы – и взрослые, и дети, так и богатые купцы, не жалеющие для общины ни денег, ни связей. Люди безжал