АЛЛЕГРО
Руджеро
7 мая 2020 год.
Эта ночь особо ничем не отличалась от любых моих других ночей, ─ сильный ливень спускался на Кенфорд, густой туман заполнял его, почти пустые, улицы, а воздух был наполнен диким предвкушением. Майлз знал, что я иду за ним, и я увидел это знание в его глазах, когда ворвался на порог. Боже… какой же всепоглащающий страх заполнял эти невинные глаза. Наверное, он мог почувствовать себя униженным, когда я настиг его в баре на виду у всех, но сомневался, что статус как-то мог его волновать в тот момент, ─ бедняга старался не обделать свои штаны. Я протащил его за шкирку, как какое-то животное, по всему залу заведения, похожее на грязный бордель, полный пьяниц и дешевых шлюх, запихал в багажник своего автомобиля, а когда довез до нужного места, бросил в холодный бетонный подвал.
─ Пожалуйста…
Майлз скулил и плакал, отползая от меня в ужасе, но на меня не действовали ни его мольбы, ни жалкие всхлипы, ─ я этим наслаждался, и не мог уже дождаться, когда смогу приступить к самому интересному.
Посреди пустой, сырой комнаты стоял железный стул, переживший на себе уже ни одно тело, пытающееся мне доказать, что оно может мне быть полезным. Впрочем, Майлз занялся этим уже сейчас, но я все же усадил его на «трон», и железные браслеты защелкнулись вокруг запястий этого бедняги. Он поднял на меня мокрые глаза, с дрожащей губой, а меня переполняло возбуждение, растекающееся по венам, словно, горячая кровь. Это чувство казалось таким приятным, что я просто не мог сдержать довольной улыбки.
Игрушка, которую я видел в своей очередной жертве, отчаянно пыталась спрятать от меня взгляд трусливой овечки, но я перешел в наступление ─ начал свою любимую игру. Лезвием ножа я провёл по его подбородку, заставляя поднять голову и посмотреть в глаза своей будущей и очень скорой смерти.
─ Я должен видеть, Майлз, не порть мне веселье.
Мой голос звучал тихо, но властно. Такую интонацию боялся каждый, кто переходил мне дорогу.
─ Прошу… Пожалуйста…
Я нахмурился.
─ Пожалуйста, Руджеро, я всё отдам, клянусь! ─ его голос дрожал, а из глаз продолжали литься слёзы отчаяния.
Я покачал головой, цокая, но не сводил с него взгляда.
Откинув рукой спинку стула, я не спеша вглядывался в его лицо, ─ мне нравилось запоминать, как выглядит моя игрушка до того, как я с ней поиграю, ─ оно было полно прекрасного ужаса и бесполезной мольбы. Майлз даже не представлял на сколько мне приносил удовольствие его этот взгляд.
─ Ты же знаешь правила, Майлз. ─ я протянул эти слова так сладко, что в них послышались ноты приближающейся угрозы. ─ Я ненавижу ждать и терпеть, а еще больше я ненавижу, когда моё терпение испытывают такие наглецы, как ты.
Я наклонился к нему ближе и пошептал:
─ Ты просрочил долг на две недели. Разве я похож на человека, который может себе позволить столько ждать, м? Майлз… ты считаешь меня идиотом?
Он быстро замотал головой, а мои губы растянулись в коварной ухмылке.
─ Тогда, почему я должен отпустить тебя?
Отшагнув на шаг от бедолаги, который был готов уже намочить в свои штаны, я запустил обратный отсчет в виде игры под названием ─ «надежда», как же они все в нее верили. Каждый из них правда считал, что у кого-то есть шанс выйти из этого подвала живым. Наивно, глупо и… весело.
─ Назови одну вескую причину. Давай, у тебя три попытки, чтобы меня убедить.
Проговаривая эти слова, я медленно водил острием ножа по его груди, как художник кистью по холсту, и меня уже разрывало от желания, наконец, покрыть этот холст кровью.
─ Я никогда тебя не подводил. ─ всхлипнул он. ─ Всегда всё возвращал вовремя. Всё до копейки, Руджеро. Пожалуйста, я и в этот раз всё отдам, мне просто нужно чуть больше времени.
Я поморщился, будто вспомнив что-то не очень приятое, но всё равно сделал вид, что задумался над его первым никчемным предложением.
─ Как-то не цепляет. ─ чуть сильнее надавливаю ножом на его плоть, отчего он зашипел. ─ Попробуй ещё раз.
Струйка крови от царапины медленно полилась из его груди, заставляя моё сердце биться быстрее. Я уже настолько возбудился и хотел поскорее залить комнату его кровью, что не мог дождаться.
Кончик ножа скользнул по щеке Майлза, оставляя кровавую полосу на его бледном лице.
─ Я тебе еще смогу быть полезным! Всё, что захочешь… Я сделаю всё!
Я громко выдохнул, и мгновение спустя, лезвие вошло в его живот, но пока не задевая жизненно важные органы, расположение которых я знал идеально, ─ он воскликнул и зарычал от боли, стискивая зубы.
Мне так хотелось услышать что-то более оригинальное, чтобы я хотя бы на секунду задумался о спасении его жалкой жизни, и если честно, был разочарован, услышав такие аргументы.
Никто и никогда не будет мне полезен настолько, чтобы я захотел сохранить ему жизнь. И самое ироничное во всём этом то, что всем это было известно.
─ Одна попытка у тебя осталась, Майлз. Всего одна, подумай хорошенько. ─ резко вырываю нож под истошный вопль страдальца.
Это, должно быть, больно.
Присев на корточки перед ним, я провел кровавым ножом по своему языку, слизав с него кровь этого кретина. Его глаза распахнулись от ужаса, боли и отвращения. Он точно сейчас посчитал меня еще больше больным ублюдком, чем был наслышан, но это только позабавило моё самолюбие.
Поднимаюсь на ноги:
─ Ничего не придумал?
Он поджал дрожащие губы.
─ Как можно так халатно относиться к своей жизни, не понимаю. ─ наигранно вздыхаю я. ─ Даю тебе ещё десять секунд, ладушки? Это будет тебе такой вот подарок от меня. Можешь не благодарить.
Покручивая нож в руке, я медленными шагами ходил вокруг парня, начиная обратный отсчет.
─ Десять… Девять… Восемь…
Всё его лицо покрылось красными пятнами, потом и слезами, на лбу выскочила испарина, а я продолжал считать, ─ во мне горело невероятное желание пролить гораздо больше крови, чем эти никчемные царапины.
─ Семь… Шесть… Пять… Четыре…
Я уже вновь стоял перед ним, наблюдая, как он умирает от собственного отчаяния. Как и от потери крови, что меня уже совсем не радовало, ─ я хотел поразвлекаться с ним гораздо дольше, чем одна рана в животе.
─ Ладно, сделаю тебе ещё один подарок.
Кажется, до Майлза, наконец-то, дошло, что он никогда в жизни не дождется от меня нормальных подарков, что вселило надежду на его крошечное благоразумие. Он вздрогнул, видимо, заметив моё выражение лица. Я с силой вонзил нож в его ногу, и не торопясь начал проворачивать его по часовой стрелке, но не сводя глаз с лица парня, чей крик заполнил пространство вокруг нас, а дыхание сильно участилось. Он часто дышал носом и ртом, и стискивал челюсти, пытаясь справиться с болью в своём бедре, но я не собирался позволять ему забыть о ней и на секунду.