Валентин Пикуль - Богатство

Богатство
Название: Богатство
Автор:
Жанр: Историческая литература
Серии: Нет данных
ISBN: Нет данных
Год: 2017
О чем книга "Богатство"

В романе «Богатство» открываются новые страницы отечественной истории, описаны колоритные личности и уникальная природа Камчатки.

Бесплатно читать онлайн Богатство


© Пикуль В.С., наследники, 2008

© ООО «Издательство «Вече», 2008

© ООО «Издательство «Вече», электронная версия, 2017

Сайт издательства www.veche.ru

* * *

Памяти профессора Михаила Алексеевича Сергеева, старейшего историка Русского Севера, который еще в пору моей молодости указал мне на богатую страну, где в цветущих долинах, осыпанных вулканическим пеплом, жили гордые и сильные люди, отвечавшие на оскорбление точным выстрелом.


Часть первая

Расточители

Тревожно спали у глухой воды,

Им снег и хвоя сыпались на спины.

Им снились богдыханские сады,

Кричали златогорлые павлины.

Сергей Марков

Прелюдия первой части

(Иногда ему казалось, что все заблудшее сгинуло в былых ненастьях, но если случится нечто, тревожное и размыкающее его с пропащим прошлым, тогда жизнь, еще необходимая ему, вновь расцветится бравурными красками, словно тот карнавал, что отшумел на пороге зрелости…)

Новый морозный день зачинался над Камчаткою.

Со двора, повизгивая, хозяина звали собаки.

Подкинув в руке тяжелый «бюксфлинт» дальнего боя, Исполатов ловко насытил его двумя острыми жалящими пулями, а третий ствол – для стрельбы картечью – он оставил пустым. Пышная оторочка рыжего меха обрамляла лицо камчатского траппера, жесткое и темное от стужи.

– Ну, я поехал! Провожать не надо.

Казачий урядник Сотенный скинул ноги с лежанки.

– Что ж, езжай. Когда свидимся-то?

– К аукциону приеду.

– А раньше?

– Нечего мне тут делать…

Зевнув, урядник крутанул ручку граммофона, расписанного лазоревыми букетами, в спину уходящему с трагическим надрывом пропела до хрипоты заезженная пластинка:

Все сметено могучим ураганом.
Теперь мы станем мирно кочевать…

Исполатов ногою захлопнул за собой дверь. Подминая снег мягкими торбасами, он спустился с крыльца. Поверх кухлянки из пыжика, пошитой мездрою наружу, похрустывала рубаха из грубой самодельной замши-ровдуги. Голову покрывал коряцкий капор с пришитыми к нему ушами матерого волка, которые торчали врозь – всегда настороженные, будто чуяли опасность.

Четырнадцать собак, застегнутых в плотные ездовые гужи, встретили повелителя голодным обрывистым лаем.

– Ти-иха! – сказал он им. – Кормить стану дома.

Потрепав за ухо вожака (по кличке Патлак), охотник приладил сбоку нарт неразлучный «бюксфлинт». Час был еще ранний. Авачинская сопка едва виднелась в туманной изморози. Исполатов не понуждал собак к быстрой езде, благо впереди лежал целый день, в конце которого его встретит на зимовье Марьяна, а собак – жирные ломти юколы. Возле бывшей фактории Гутчисона и К° он чуть придержал упряжку, чтобы глянуть на термометр. Ртутный столбик показывал потепление – всего 19 градусов ниже нуля… Был месяц март 1903 года!

На выезде из Петропавловска, среди развалюх-халуп, похожих на дровяные сараи, красовалась лавка колониальных товаров. Длинным остолом, визжащим по снегу, траппер затормозил упряжку. Впалыми животами собаки улеглись в сугробы, а Патлак свернул хвост в колечко и уселся поверх него, как на подушку. Исполатов сказал вожаку, словно человеку, обыденные слова:

– Подожди меня, приятель. Я скоро вернусь.

В сенях лавки его перехватил изнемогший от пьянства уездный чиновник Неякин, начал клянчить:

– Сашка, будь другом, продай соболька.

– Я всех сдал в казну.

– Не ври, – скулил чиновник. – Небось Мишке-то Сотенному привез. Ежели и мне соболька уступишь, так я тебе про явинского почтальона такое расскажу… ахнешь!

Отстранив забулдыгу, траппер шагнул внутрь лавки. Торговец без лишних слов снял с полки бутыль со спиртом.

– Чем заешь? – вопросил дельно.

– Вчера с урядником согрешил, сегодня – баста.

– Чего заговелся?

– Дорога трудная. А груз большой.

– Много ль взял?

– Фунтов с тысячу. Даже копылья у нарт крякнули.

Лавочник глянул в окошко, на глазок оценив собак:

– За вожака-то сколько платил?

– Четыреста. Он нездешний – из бухты Провидения.

– За одну псину экие деньги… Ай-ай!

– Патлак того стоит. Он оборачивается[1].

– А ты-то как, Сашка? Тоже оборачиваешься?

– Редко.

– Оно и плохо! Не видишь, что у тебя за спиной творится… Шлюха она, твоя Марьянка! Где подобрал такое сокровище?

Исполатов, внешне спокойный, и отвечал спокойно:

– Подобрал во Владивостоке… прямо с панели. Сам знаешь, от одного парохода до другого, когда билет уже на руках, выбрать порядочную времени не остается. Вот и взял какая попалась. Жить-то ведь все равно как-то надо…

– Смотри сам. Но люди сказывают, что, пока ты по охотам шастаешь, к ней явинский почтальон навещается.

Исполатов сумрачно оглядел длинные полки, прогнувшиеся от тяжести колониальных товаров: виски, ром, спирт, противная японская сакэ… ну, и белая – Смирновского завода.

– Заверни конфет с начинкой. Фунтов десять, – сказал траппер. – Пряников дай. Да сунь бутылку рома в кулек.

– Пожалте, – хмыкнул лавочник. – Тока не пойму я тебя – нешто ж стерву свою конфетами голубить станешь?

– Это не ей. Мне надо завернуть в Раковую.

На лице торговца возникло недоумение.

– Храни тебя Бог, – сказал он. – Но помни, Сашка, что проказа не сразу в человеке проявляется.

– Плевать! – Траппер шагнул из лавки на мороз. Собаки дружно поднялись, разом отряхнувшись от снега.

…Исполатов уже давно облюбовал для охоты нелюдимые загорья и заречья Камчатки, и он не любил, если его спрашивали – откуда родом, когда сюда пришел и зачем? Лишь изредка траппер навещал уездный град Петропавловск, где сдавал пушнину в имперскую казну, а закупив провизии для зимовья, снова надолго исчезал в до ужаса безмолвных долинах.

Слегка тронув потяг вожака, он сказал:

– Кхо!

Упряжка сразу взяла нарты, аллюром.

* * *

А недалеко от Петропавловска, на берегу бухты Раковой, затаилась от людей камчатская колония прокаженных. Здесь никого не лечили, только изолировали от общества, и, кто попал в бухту Раковую, тот, считай, пропал для жизни на веки вечные… Первый, кого Исполатов встретил в лепрозории, был его приятель – огородник Матвей. При виде траппера лицо прокаженного расплылось в улыбке:

– Сашок! Друг ты наш… вот радость-то нам.

Матвей протянул обезображенную болезнью руку, и она не повисла в воздухе – Исполатов крепко пожал ее. С разговорами поднялись в просторную избу-общежитие, появились в горнице и женщины, в основном старухи, но средь них была очень красивая камчадалка Наталья Ижева, полная молодуха с блестящими черными глазами, чуточку раскосыми. Исполатов распустил перед нею узорчатую шаль, купленную вчера в Петропавловске, накрыл ею плечи отверженной женщины.

– Это тебе… красуйся и дальше!

Здесь все были рады ему, как дети; траппер щедро оделил больных конфетами и пряниками.

– Будете чай пить и меня вспомните.

Протянув Матвею бутыль с ромом, он уловил трепетный взгляд Натальи Ижевой.

– Уходила бы ты отсюда, – сказал траппер девушке. – Нет ведь у тебя никакой проказы. Нет и никогда не было!


С этой книгой читают
Россия, истерзанная безумным Иваном Грозным, измученная опричниной Испания, выжженная кострами инквизиции – опоры трона Филиппа II Страшное время религиозной истерии и болезненного распутства, бесконечных войн, казней.
…Генерал Моро.Герой, вставший под знамена русской армии, одержавшей блистательную победу, – для нас…Предатель, покинувший Наполеона и присоединившийся к его врагам, – для своих современников…Почему блестящий французский полководец внезапно перешел на сторону врага?Мотивы и мотивации этого скандального и великолепного поступка оживают под гениальным пером В.Пикуля…
Роман «Крейсера» – о мужестве наших моряков в Русско-японской войне 1904–1905 годов. Он был приурочен автором к трагической годовщине Цусимского сражения. За роман «Крейсера» писатель был удостоен Государственной премии РСФСР имени М. Горького.
В романе «Битва железных канцлеров» отражена картина сложных дипломатических отношений России в период острейших европейских политических кризисов 50 – 70-х годов XIX века. Роман определяется писателем как «сугубо» политический: «Без прикрас. Без вымысла. Без лирики. Роман из истории отечественной дипломатии». Русскому дипломату Горчакову в качестве достойного антипода противостоит немецкий рейхсканцлер Отто Бисмарк.
Во второй сборник Литературно-поэтического клуба мкр Трудовая вошли произведения членов клуба. Публикуются наши замечательные талантливые авторы: Александр Болдырев, Ольга Шмелёва, Николай Алексеенко, Михаил Папсуев, Владимир Броудо, Фанни Табунщикова, Юрий Алабов, Ольга Неверова, Сергей Яновский, Анастасия Тарасова. Руководитель Клуба – Владимир Броудо, лауреат премии губернатора Московской области 2015 года в номинации «Творческое Подмосковье».
«Иисус сказал: Если вы поститесь, вы зародите в себе грех, и, если вы молитесь, вы будете осуждены, и, если вы подаете милостыню, вы причините зло вашему духу. И если вы приходите в какую-то землю и идете в селения, если вас примут, ешьте то, что вам выставят. Тех, которые среди них больны, лечите. Ибо то, что войдет в ваши уста, не осквернит вас, но то, что выходит из ваших уст, это вас осквернит.» Евангелие от Фомы логион 15
Иосиф Мигиров родился в 1951 г. в г. Нальчике, Кабардино-Балкарии. Служил в Армии. Единственный представитель из горско-еврейского этноса, окончивший Литературный институт им. А.М.Горького.С 1996 г. живет в США.Публиковался в России, Израиле, США. Автор семи книг и двухтомника "Избранное" вышедшего в Нью-Йорке, за который получил премию "Литература года. 2014"Роман Иосифа Мигирова "Царица Израильская" можно назвать провидческим. В нем предугаданы
Трагедия Первой мировой войны. Трагедия русской революции 1917 года. Трагедия расстрела последней русской царской семьи. Эти три трагедии будут приковывать к себе внимание. Книга Елены Крюковой – о красноармейцах, стороживших семью Романовых в Тобольске и в Екатеринбурге. Молодой боец Красной Армии Михаил Лямин – и царь Николай Второй. Царское семейство, уже обреченное – и народ, что несет у его комнат последний караул.
Чудовищный и необъяснимый способ расправы с ограбленными и убитыми бизнесменами заставил Екатерину и Изольду, следователей прокуратуры по особо важным делам, провести не одну бессонную ночь. И везде – от Москвы до побережья Черного моря – незадолго до гибели жертв видели в обществе прелестной светловолосой девушки, одетой в экстравагантные и необычные платья. Города, где были совершены убийства, таинственным образом совпадают с маршрутом гастроле
«Сколько я читаю Жвалевского А. и Мытько И., столько они меня ставят в «тупик». Никак не удается предугадать, что ждет тебя в новой книге. Мало того, неизвестно, что будет на следующей странице. Буквы, слова и словосочетания Андрей Валентинович и Игорь Евгеньевич выстраивают в таком замысловатом порядке, что чтение всех этих взгромождений символов подымает настроение и обогащает читателя. Итог. В первой книге трилогии авторы всласть посмеялись на
Сборник включает в себя 177 стихотворений и состоит из шести разделов. Зимняя радуга в природе – это нечастое явление. По-научному это оптическое явление называется гало. Для его возникновения в атмосфере необходимы одновременно большая влажность, сильный мороз и яркое солнце, что, казалось бы, противоречит законам природы. Но в реальной жизни порой случаются такие вещи (как замечательные, так, к сожалению, и скверные), которые не согласуются с м
Капля слезы – это роман о настоящей любви, о чувствах, о выборе, о предательстве и обидах, о жизни. История, как молодая амбициозная рыжеволосая девушка столкнулась с изменой и насилием. Как она встретила свою настоящую любовь. И через, что ей и её любимому пришлось пройти. Читая этот роман, вы переноситесь в интересную и увлекательную историю любви. А откровенные постельные сцены, заставят вашу кровь кипеть.