Виктория Платова - Куколка для монстра

Куколка для монстра
Название: Куколка для монстра
Автор:
Жанры: Триллеры | Современные детективы
Серии: Нет данных
ISBN: Нет данных
Год: 2017
О чем книга "Куколка для монстра"

Автокатастрофа, больничная палата и… полная потеря памяти. Неужели это я в своем прошлом убила двоих людей? Почему мне сделали пластическую операцию? Насильно избавили от неродившегося ребенка? И чего хочет этот человек из спецслужбы, расчетливый и беспощадный? Что ж… Она станет запрограммированной машиной провокации и убийства. Но она все вспомнит, и тогда – берегитесь! Она обретет свободу. Но может быть, это только иллюзия?

Бесплатно читать онлайн Куколка для монстра


© Виктория Платова, текст, 2017

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2017

* * *
После комы
День третий

Я не могу опознать его. Я не могу опознать ее.

Я никогда не видела этих лиц. Так же как и лица человека, который показывает мне одни и те же фотографии – их ровно одиннадцать (какое облегчение – в прошлой жизни, которая навсегда отрезана от меня, я умела считать, во всяком случае, до одиннадцати). Но ни одна из этих фотографий ничего не говорит мне…

Впрочем, на меня нельзя положиться.

Я не могу опознать даже себя.

Кто я?..

После комы
День пятый

Я не могу опознать его. Я не могу опознать ее.

Женщина на фотографиях мертва. Короткие черные волосы, такая же черная кровь, которая залила ей лицо. Лицо чересчур спокойное для автокатастрофы. Лицо чересчур красивое, чтобы быть настоящим.

Мужчина на фотографиях жив. Он похож на ласку. Или на хорька – из тех, что отираются на плечах занюханных хиппи (откуда я знаю о занюханных хиппи?). Откуда я знаю, что существуют ласки и хорьки и что мужчина, изображенный на снимках, похож именно на них, а не на гризли или опоссума? Я занималась зоологией? Или случайно посмотрела видовой фильм, сидя на кухне и перебирая подгнившие яблоки?..

Если я знаю, что такое «кухня» и что такое «подгнившие яблоки», то почему, черт возьми, я не знаю, кто такая я сама?!.

Мужчина на фотографиях, должно быть, знал. Но он погиб в катастрофе, так же как и женщина с короткими черными волосами. Возможно, все другие, знавшие меня, умерли еще раньше, или так же потеряли память, или эмигрировали из страны – ко мне никто не приходит. Никто, кроме этого парня с фотографиями. Фотографии одни и те же – человек, похожий на ласку.

Два снимка вызывают во мне глухой протест (откуда я знаю, что такое «протест»?); еще три – здоровый скепсис (откуда я знаю, что такое «скепсис»?). И только на одном, любительском, – без дешевой вспышки – ласка так хороша, что я, не раздумывая, переспала бы с ней.

Переспать. Как мило. Кажется, я знаю, что такое «переспать», но это знание не касается меня, как и все остальные знания.

Я знаю, что где-то должен быть Бог, и вот он уж действительно не похож ни на хорька, ни на опоссума.

Я даже знаю, что существуют два вида гильотин – один для подрезки сигар, а другой – для головы Марии-Антуанетты. Бог существовал задолго до Марии-Антуанетты, он наверняка видел, как ее голова скатилась в корзину…

Кто я?..

После комы
День седьмой

Я не могу опознать его. Я не могу опознать ее.

Была ли я любовницей мужчины? Была ли я подругой женщины? Была ли я их случайной попутчицей, севшей в машину за пятнадцать минут до катастрофы или за двадцать минут до мокрого снега (в ту ночь шел мокрый снег, слава богу, я знаю, что такое «снег»)? Была ли я причиной катастрофы или ее следствием? Кстати, он говорит, что следствие все еще идет, – этот парень, который приносит мне одни и те же фотографии. У меня даже сняли отпечатки – теперь все десять пальцев, включая мизинцы, могут смело фигурировать в суде. Но у меня стопроцентное алиби, если двухмесячную кому и следующую за этим амнезию можно считать алиби.

Мне не хочется расстраивать его, мне не хочется говорить ему, что как раз алиби у меня нет… Иначе я никогда не была бы осуждена. А я осуждена и отбываю наказание в одиночной камере своего беспамятства.

…Сегодня дежурная сестра принесла цветы.

Сегодня я опять не вспомнила ничего, кроме названия цветов, – гвоздики… Я даже не знаю, нравились ли мне гвоздики, когда я была собой и все знала о себе. Мне нынешней они не нравятся. Но я ничего не сказала сестре – она так добра ко мне. Ее зовут Анастасия… А как зовут меня?

Кто я?..

Часть первая

Анна

… – У вас появился поклонник? – Это была ревнивая заинтересованность оперативного работника, не больше. Он даже не пытался скрыть ее, этот мой постоянный утренний собеседник. Вот и теперь он рассматривал уже успевшие мумифицироваться лепестки ничего не значащих, с точки зрения улики, цветов, недостающего звена, вытянув которое он наконец-то загонит меня в угол… Все эти восемь дней – с тех пор как я пришла в себя, очнулась в логове капельниц – он пытался загнать меня в угол. Все для него было блефом – и мое беспамятство, и гвоздики, принесенные молоденькой медсестрой.

Если бы из-под его дешевого свитера так настойчиво не лезли бы милицейские погоны (почему-то мне казалось, что он лейтенантишка-неудачник, не больше, – такие ретивые типы редко дослуживаются даже до майора), я бы обязательно ответила ему расплывчато-кокетливым тоном: «Да, поклонник, почему нет, в этой образцово-показательной клинике самый широкий спектр поклонников – от ведущего нейрохирурга с самым распространенным грузинским отчеством до чемпиона Европы по греко-римской борьбе, который зализывает здесь последствия черепно-мозговой травмы…»

Но эти невидимые погоны (я надеялась не увидеть их никогда) так раздражали меня, что я сказала просто:

– Не стоит обольщаться на мой счет. Это всего лишь дежурная медсестра. Надеюсь, что ее невинный жест не будет преследоваться в судебном порядке.

Он хмуро посмотрел на меня:

– «Невинный жест», надо же! Для только что вышедшей из комы дамочки вы неплохо справляетесь с речью. А как насчет всего остального?

Я уже знала, что такое все остальное, – чертовы одиннадцать фотографий, которые он через минуту бросит мне на одеяло. Я знала и все равно ждала их – и это было единственным, чего я по-настоящему ждала. Может быть, я наконец-то увижу что-нибудь новое на зернистом, плохо пропечатанном заднем плане – что-нибудь, что поможет мне вспомнить этого человека, а вместе с ним – и себя…

Но мой лейтенантишка-неудачник не торопился с очередной экскурсией по фотографическому глянцу.

– А зачем она принесла вам цветы?

– Не знаю. Думаю, просто так. Кто вы по званию?

Он коснулся жестких полуживых лепестков такими же жесткими пальцами, машинально оборвав один из них, – и я вдруг подумала о том, что в детстве, с тем же машинальным наслаждением, он обрывал крылья бабочек… Наверняка в его детстве были бабочки. О себе я ничего не могла сказать наверняка.

Я не помнила своего детства, как не помнила всего остального.

– Эти цветы называются гвоздиками. Вы знаете, что такое «цветы»? Вы знаете, что такое «гвоздики»?

– Да.

В его глазах вдруг вспыхнул охотничий азарт, – если я знаю, как называются цветы, то логично предположить, что мне известно и собственное имя.

Мне неизвестно собственное имя.

Я терпеливо внушаю ему это каждое утро. Но он не верит мне – ни его мутные зрачки фокстерьера (фокстерьер – собака, я знаю это точно), ни жалкие милицейские погоны, которых я никогда не видела, не верят мне. Амнезия, синдром Корсакова – все это для него уловки хитрой дамочки (кстати, сколько мне лет и выгляжу ли я дамочкой?..); амнезия, синдром Корсакова – все это для него лишь движущая сила латиноамериканских мыльных опер, не более…


С этой книгой читают
Могла ли подумать незаметная, тихая выпускница ВГИКа, которую даже друзья звали Мышью, что ее порносценарии, написанные ради «куска хлеба», вдруг обретут кошмарную реальность? Все в ее жизни становится с ног на голову – один за другим гибнут близкие ей люди, Мышь вынуждена скрываться. Но кольцо вокруг нее медленно, но верно сжимается. Выход только один – исчезнуть, залечь на дно и измениться. И вот серенькая Мышь «умирает», а вместо нее рождается
Не нужно туда идти.Брагин приблизился к черной прогалине, портившей безупречно-белую поверхность озера, и еще успел удивиться, что совсем тонкий лед легко выдерживает вес человека. Лед не дрогнул, даже когда Брагин опустился на колени перед прогалиной.Не нужно туда смотреть.Но Брагин уже заглянул в бездну – и увидел там то, что должен был увидеть. Женское тело. Казалось, женщина парила в безвоздушном пространстве, а вовсе не в воде.И она была мер
Экзотический вояж, в который отправляется комфортабельное туристическое судно, оборачивается настоящим кошмаром для всех его пассажиров. Таинственным образом исчезает экипаж корабля, а оставшиеся на борту становятся свидетелями нескольких необъяснимых исчезновений и убийств. Но только Ева знает, что зло имеет вполне конкретные очертания: на борту орудует серийный убийца. Им может оказаться любой из респектабельных участников круиза. Кто? Именно э
Ассистент по работе с актерами у знаменитого режиссера – о таком повороте судьбы можно только мечтать! Для Евы жизнь начинается заново. Но… Оказывается, что и в кино убивают: одна за другой при загадочных обстоятельствах гибнут исполнительницы главной роли. Эти убийства объединяет одно – полное отсутствие мотива преступления. Все возможные версии выглядят неубедительными и позволяют подозревать каждого в съемочной группе. Разгадка приходит неожид
История простого солдата, который после своего дембеля постепенно становился авторитетом города Ростова-На-Дону.Придя к окончанию, он начал новую жизнь.
Бывший участковый Валерий Рябов трудится в шиномонтаже. Знакомый уголовник Фикус предупреждает его о том, что из зоны скоро должен выйти Пинцет, пообещавший поквитаться с ним. Рябову грозит серьёзная опасность. Валере приходит по телефону сообщение о выигрыше бесплатного билета на круиз вокруг земного шара на корабле. Он едет в Петербург, где садится на круизный лайнер, не подозревая, какие приключения ожидают его в скором времени.
Реальность субъективна и зависит от нашего на неё взгляда. Цвета, звуки, запахи – всё иллюзия, проекция, тень настоящего мира, отбрасываемая на наш разум. Что если… Что если на самом деле ты давно уже погряз в этих образах? Получив полномочия Демиурга, ты лишаешься связи со своим родным миром. Да и кто в здравом уме будет жить в будничности, если есть мириады миров, ждущих своего сотворения?
Какие мрачные тайны может хранить в себе тихий и мирный город? Или потому он и тихий и мирный, что в нем есть мрачная тайна?
Появление Александры, дочери известного путешественника графа Волоцкого, в светском обществе Петербурга равносильно взрыву вулкана. Ей нет равных не только по красоте и уму, но и в умении отваживать нежелательных женихов и осаживать чванливых светских франтов. И только молодой князь Адашев не обратил на юную красавицу никакого внимания. Неугомонная Александра решает за это наказать князя, и вскоре в его доме появляется новая гувернантка – невзрач
Эта девушка удивляла его все больше и больше. Не каждый мужик сможет выступить против двух вооруженных бандитов, тем более в тайге, где замести следы ничего не стоит. Людмила же решилась…Браконьерам удалось скрыться, а вот ей выход из ущелья преградил занос. Новый сход лавины едва не накрыл подполковника милиции Дениса Барсукова, сунувшегося на дорогу в своем «уазике», Людмила чудом успела вытащить его из машины. Эти мужчина и женщина, едва позна
Они полюбили друг друга с первого взгляда, но их планам не суждено было сбыться. Нищий жених для дочери не входил в планы её богатого, влиятельного отца…
Дар поэта-искать и писать,Божья на нём благодать.Душу природой питатьИ над строками колдовать.Дар поэта-жить и писать,Гордыню в узел связать,О справедливости кричать,Пытаясь душу с телом обвенчать.Дар поэта-любить и писать,Не забывая критиков целовать.Пороки ногою пинать,В свете любви пребывать.