Евгений Юрьевич Лукин, Любовь Александровна Лукина - Миссионеры

О чем книга "Миссионеры"

«В страхе и смятении начинаю я эту страницу, ибо корабль, встреченный нами сегодня, воистину был посланцем дьявола.

Ужасный шторм отделил от эскадры нашу каравеллу и, отнеся ее далеко к югу, стих. Мы плыли по необычно спокойному бескрайнему морю, не видя нигде ни островка, ни паруса, когда марсовый прокричал вдруг, что нас преследует какой-то корабль.

С прискорбием вспоминаю, что из уст капитана, человека достойного и набожного, вырвалось богохульство, – он решил, что марсовый пьян…»

Бесплатно читать онлайн Миссионеры


© Лукин Е. Ю.


Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


Hell is paved with good intentions.

Samuel Johnson

Ад вымощен благими намерениями.

Сэмюэль Джонсон.

Каравелла «Святая дева».

>Сорок седьмой день плавания

В страхе и смятении начинаю я эту страницу, ибо корабль, встреченный нами сегодня, воистину был посланцем дьявола.

Ужасный шторм отделил от эскадры нашу каравеллу и, отнеся ее далеко к югу, стих. Мы плыли по необычно спокойному бескрайнему морю, не видя нигде ни островка, ни паруса, когда марсовый прокричал вдруг, что нас преследует какой-то корабль.

С прискорбием вспоминаю, что из уст капитана, человека достойного и набожного, вырвалось богохульство, – он решил, что марсовый пьян.

Подойдя к борту, с недоумением озирал я пустынную водную равнину, но затем пелена спала с глаз моих, и я невольно помянул имя Господне. Не парусник – скорее, призрак парусника скользил в пушечном выстреле от нас.

Сначала я заметил лишь общие его очертания, и мне показалось на миг, что он прозрачен, что сквозь него смутно просвечивают шевелящиеся морские волны. Зрение обмануло меня – это шевелились пятнистые паруса: зеленоватые, серые, голубые. Сколь не похожи были они на белые ветрила каравелл, украшающие подобно облакам небесным синее лоно вод!

Невиданное судно не уступало по величине нашему кораблю, но борта его были низки, и обводами оно напоминало остроносые лодки не знающих Бога островитян.

В тревоге капитан приказал зарядить бомбарды правого борта, я же вознес Господу молитву о спасении, ибо что доброго могут послать мне навстречу эти неведомые воды, эти обширные владения дьявола!

И молитва моя была услышана: вскоре я понял, что не зря шевелились призрачные паруса, – не решаясь приблизиться к нам, язычники готовились к повороту.

Но как передам, что произошло дальше! Меня высмеет любой, хоть однажды ступавший на зыбкую палубу корабля.

Я видел это собственными глазами: судно, морское судно поплыло назад, не разворачиваясь! Его заостренная корма и нос как бы поменялись местами. Моряки часто грешат небылицами, но слуге Божьему лгать не пристало: двуглавое, как и подобает посланцу дьявола, оно удалялось от нас, сливаясь с породившим его океаном.

Лишь тогда различил я, что это не одно, а два судна, непостижимо и противоестественно скрепленных между собой. И мачты их не устремлялись ввысь, но, наклоненные навстречу друг другу, перекрещивались верхушками над общей палубой. В подзорную трубу мне удалось различить в невидимой отсюда паутине такелажа крохотные фигурки нагих темнокожих матросов. Дикари? Бесы? Да, но на их пятнистой палубе грозно блестел металл, и мне почудилось даже, что я вижу обращенные в нашу сторону странные многоствольные орудия.

Несмотря на протесты испуганных офицеров и глухой ропот команды, наш капитан приказал выстрелить из пушки вслед уходящему судну. Ядро пролетело едва половину расстояния между кораблями и запрыгало по воде.

Никому не дано безнаказанно искушать судьбу, и морская даль отозвалась приглушенным грохотом, подобным реву разбуженного чудовища. Из-за почти уже неразличимого корабля-призрака встал и полого протянулся к небу тонкий язык черного дыма. Протяжный воющий свист, который мы услышали затем, привел нас в трепет. Но тщетно всматривались мы в небо, ища источник звука.

Господи, спаси нас и защити! Ибо по воле Твоей и во имя Твое вторглись мы в эти пустынные воды. Уже четыре больших и восемь малых островов узрели свет истинной веры. Дай же довести до конца начатое нами дело, полное подвигов и лишений!

Так я молился, стоя на палубе и слушая затихающий вдали протяжный вой. Робость охватывает меня при мысли о том, какие еще порождения бездны явятся нам. Ибо не зря начертано на карте, развернутой в каюте капитана: «Здесь есть драконы…»

Легкий авианосец «Тахи тианга».

>Шестьдесят первый год высадки. День двести пятый

Разведчик не дотянул до катамарана каких-нибудь пятисот метров. Еще мгновение назад он летел, ковылял на небольшой высоте, оставляя за собой неровную дымную полосу, затем блеснула – как померещилась! – синяя на синем вспышка, брызнули, закувыркались черные обломки, и невидимая сила медленно разорвала ракетоплан надвое.

Взорвался спиртобак – больше там взрываться было нечему.

Запоздалый звук тупо толкнул перепонки. Что-то прошелестело над головами и с легким треском ударило в корму. Сехеи не выдержал и отвернулся. «Все, Хромой…» – бессильно подумал он, и в этот миг темные татуированные лица воинов исказились злобной радостью. Яростный вопль в сорок глоток!

Оказывается, не все еще было кончено. Из разваливающейся машины выпала черная человеческая фигурка. Летит сгруппировавшись – значит, жив. А впрочем… Жив! Фигурка раскинула руки, и над ней с неслышным отсюда хлопком раскрылось треугольное «крыло». Источник, кто же это? Анги или Хромой?

– Быстрей! – сквозь зубы приказал Сехеи.

Ити, не оборачиваясь, пронзительно выкрикнула слова команды, и стратег покосился на нее в раздражении. «Турбину запусти» – чуть было не процедил он, но вовремя сдержался. Конечно, Ити видней. Командир катамарана – она.

«Тахи тианга» («Стальная пальма»), косо раскинув пятнистые паруса, шел вполветра, глотая одну за другой гладкие – в обрывках скользкой радужной пленки – волны. Под острым штевнем малого – наветренного – корпуса шипела серая пена.

Часть хвостового оперения, подброшенная взрывом, все еще кувыркалась в воздухе. Лишь бы какой-нибудь обломок не зацепил пилота! Ему и так приходилось трудно – явно поврежденное, «крыло» заваливалось вправо, дымило и наконец вспыхнуло. В то же мгновение пилот разжал руки и камнем полетел с десятиметровой высоты в воду. Хромой! Это мог быть только Хромой.

С наветренной стороны в десятке метров от катамарана пологую волну резал высокий кривой плавник. Плохо… Белая акула-людоед. В водах, прилегающих к Сожженным островам, их видимо-невидимо. Кажется, только они и могут здесь обитать – остальная рыба плывет брюхом кверху. Вон еще один плавник, и довольно близко к Хромому…

Ити скомандовала, опять-таки не оборачиваясь. Она вообще никогда не оборачивалась, командуя. «У Ити-Тараи третий глаз меж лопаток – спиной видит…»

Высокая светлокожая девчушка-снайпер неспешной грациозной перевалочкой перешла на палубу малого корпуса, на ходу подготовив оружие к стрельбе. Опустив раструб ракетомета на плечо, привычно оглянулась, нет ли кого сзади…


С этой книгой читают
Поэт в России больше, чем поэт. Эту летучую фразу авторства Евгения Евтушенко повторяет всякий, кому не лень, когда заходит разговор о поэзии. О фантастах так почему-то не говорят. Это несправедливо. Фантаст в России больше, чем фантаст. Бывает даже, что он больше самой фантастики. Не всякий, конечно. Круг таких писателей невелик. Иван Ефремов, братья Стругацкие, Владислав Крапивин, Кир Булычёв, Борис Штерн, Михаил Успенский… К этому редкому мень
Любовь и Евгений Лукины – одни из наиболее ярких представителей поколения отечественных фантастов, вошедшего в литературу в 1980-е годы. Их повести и рассказы – то гомерически-смешные, то трагически-грустные – сразу же попадали в поле зрения читателей, становились украшением различных сборников и антологий. Теперь уже можно с уверенностью сказать, что они прошли испытание временем.В книги «Летним вечером в подворотне» и «Отдай мою посадочную ногу
Есть такое место – Куралбас. И кем оно так называется, тоже непонятно, потому что местные сюда не ходят, а на карте никакого названия не написано. Здесь всегда так с именами – говоришь одно, а на карте другое, или вообще ничего нет. И я стала Катей, хотя меня зовут совсем не так, и коней каждый называет как хочет – и все по-разному. Мы сюда просто так пришли, а завтра пойдем дальше, а потом – еще дальше. Время у нас есть. Куда захотим, туда и пой
Давай, Поющий для Луны, спой о разбитом корабле и дальнем береге, о неправильных вопросах и правильных ответах, и обо всех, кто потерялся в тумане. Спой об Ахено Бессмертном, Ахено Неверующем, который не смог вернуться домой…
Экспедиция сидела на этой планете уже две недели, и почти все задачи были выполнены. Все – кроме самой главной: контакта с аборигенами не было. Кроме того, было подозрение, что контакт вообще невозможен
Сюзи и Джон записывали сотый вариант одной странной легенды о людях болот, людях-без-души, крокодильем племени. Почему люди болот лишились души и при чем здесь крокодилы, было неясно. Но вдруг появляется доброволец, предлагающий не только рассказать, как все было на самом деле, но показать дорогу к людям-без-души…
Всякая история, рассказанная дважды (скажем, утром и вечером, или в начале весны и в конце осени, или вслух и на бумаге), – это уже две разных истории.И если уж всякому человеку позволено иметь двойников – зазеркального, и того, что смотрит за нас наши сны, почему бы не иметь таких двойников книге, написанной наяву, о событиях, случившихся во сне.Вышло так, что история о Гнездах Химер была рассказана дважды, по числу волшебных ветров Хоманы, отра
Простые волшебные вещи – это такая разновидность магических артефактов. Сделанные вдали от Сердца Мира как простые талисманы, пригодные скорее для спокойствия своего владельца, чем для дела, попадая в Ехо, они внезапно обретают большую силу и удивительные, часто непредсказуемые свойства.Иногда сэр Макс чувствует себя такой же «простой волшебной вещью», от которой никогда не знаешь, чего ожидать. И никто не знает, вот в чём штука.
Она – Анна Эндрюс, телеведущая дневных новостей на BBC.Он – Джек Харпер, ее бывший муж и главный инспектор полиции в Блэкдауне – месте, где она выросла.Их пути вновь пересекаются, когда в ее родном городе находят тело молодой женщины. Жертву знали оба, но кому-то известно больше, чем кажется.Есть две версии: его и ее. Один из них знает больше, чем говорит. Кто лжет?
«Дух викингов» – новая книга Дэниела МакКоя, создателя популярного американского сайта «Скандинавская мифология для умных людей», является введением в скандинавскую мифологию. Написанная по научным стандартам, но простым и ясным языком, книга легко читается. В нее вошли пересказы около 40 эпических историй, саг, отражающих таинственную религию викингов, неотъемлемой частью которой были мифы.Что понимали викинги под словом «судьба», как представля