Алексей Романов - Вот тебе и здрасьте

Вот тебе и здрасьте
Название: Вот тебе и здрасьте
Автор:
Жанр: Биографии и мемуары
Серии: Нет данных
ISBN: Нет данных
Год: Не установлен
О чем книга "Вот тебе и здрасьте"

Проблема выбора профессии делом случая. Семья и школа, а также интуиция уменьшают риск неправильного определения жизненного пути. От школьных друзей досталось неприятие карьеризма и соглашательства, резко критичное отношение к некоторым руководителям. Новые друзья и великолепные преподаватели шаг за шагом подтверждают правильность выбора профессии. Учеба и практика начали менять характер. Изменились предпочтения в спорте. Оставил волейбол и перешел на легкую атлетику.

Бесплатно читать онлайн Вот тебе и здрасьте


© Алексей Михайлович Романов, 2022


ISBN 978-5-0059-0052-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ВОТ ТЕБЕ И ЗДРАСЬТЕ

Доярка на речном берегу доила корову, да в воде отражалось все наоборот.

Из школьных сочинений


Пролог

Колеса паровоза мерно выстукивают: «Шестнадцать лет… Куда пойти, куда податься?». На сегодня два варианта.

Уральский политехнический институт (УПИ), на программиста. Очень модно и престижно.

Свердловский горный институт (СГИ), на геофизика, геолога или маркшейдера (отец советовал, но не настаивал).

Ладно, не будем заморачиваться. Посмотрим на месте, куда потянет.

А пока нервно общаюсь с соседями по купе – девушкой и парнем. Тоже едут в Свердловск, поступать. И тоже на взводе. Стараемся не затрагивать тему о вступительных экзаменах. Отвлекаемся: наперебой с соседом ухаживаем за девушкой, угощаем конфетами и анекдотами. Она снисходительно принимает наши бандерлоговские ужимки. Обычный флирт в путешествии. Вот только на перекуре с выходом в тамбур сосед с совершенно серьезной рожей сообщает, что уступает мне девушку, поскольку поступать в институт уже не будет.

Похихикал скромно так, про себя, но благодарить его за такую жертву почему-то не стал.

По приезде на перроне девушку встретили ее родственники и шустро увезли от нашего общества. Обмениваться адресами не стали. Никто смысла не видел. Меня не встретили, хотя было клятвенно обещано. Не смертельно. Адрес родственников есть, маршрут известен, с попутчиком распрощались – и вперед.

Дверь открыла сводная тетка. С отвисшей челюстью. Стала оправдываться, что число перепутала и ездила вчера на вокзал меня встречать. Потом решила, что разминулись, и поехала в приемную комиссию горного института на поиски. Верим-верим. Тем более, что поезд приходит в 16:20, а комиссия заканчивает рабочий день в 15:00. И еще – телефон для уточнения, слабо?

Вдруг правда? На всякий случай сначала нужно наведаться в горный институт. Игнорировать маленькие намеки судьбы нельзя. А если обидится кто? Как мало нужно для определения выбора дальнейшего пути по жизни…

Абитура

Отвисшая челюсть тетки быстро объяснилась: к ней в гости приехала подруга с дочкой. Это уже ближе к теме. Ладно хоть не бортанули, ужались на первых порах. Спать-то где?

На следующее утро рванул в горный институт. По адресу и огромным баннерам быстро нашел. Такое внушительное старинное здание №1 из красного кирпича – бывшая женская гимназия. Бедные девочки – как они справлялись с этой огромной и тяжелой дверью на входе? Да еще с могучей пружиной – поневоле О. Бендера вспомнишь. А может, руководство думает, что девушкам флагелляция нравится?

В приемной комиссии честно сказал, что стою перед выбором и хочу оглядеться. Посмотрели одобрительно и направили в соседнее здание №3 – посмотреть аудитории, лаборатории и в конференц-зале – фильм «Я – горный институт». Впечатлило. И чем-то знакомым, родимым повеяло. Не иначе, как генетическая память сработала – мой отец здесь же учился.

Да ну его на фиг, этот УПИ, остаюсь пока в СГИ. В конце концов, если не понравится, всегда можно перейти в УПИ. Один год потерять – не смертельно.

Так, маркшейдером быть не хочу – голая математика, плюс оптические приборы. Неинтересно.

Геология – походы с посиделками у костра? Р-р-романтика:

Не люблю я бродить по свету (сущая правда насчет гор и болот).

А на месте сидеть не могу (а что, есть такое, но в умеренных дозах).

Вот иду и беседую с ветром (это ваще шиза, не замечен).

Я ему никогда не лгу (неправдычка ваша – совру без зазрения совести).

Да и петь под гитару не умею.

Геофизика? А что? Задачки по физике решаю влет, с приборами возиться – нет проблем. К тому же попутное обучение топографии и геологии. Надо попробовать. И подал документы на геофизический факультет.

Как и было обещано родителям, вместе с документами в приемную комиссию подсунул и свои спортивные грамоты. Мне их тут же вернули и посмотрели так, что я покраснел и стал ножкой шаркать.

За ужином сообщил эту новость родственникам. Дядя Боря отреагировал нормально, пожелал успеха и уткнулся в телевизор. А тетка повела себя странно. Заявила, что нельзя так скоропалительно выбирать свой путь. Надо советоваться со старшими. Начала расписывать прелести обучения в институте народного хозяйства и блестящие перспективы в будущем на роли плановика-затейника или бухгалтера. Так и сквозило: «под ее чутким руководством». И ее подруга поддакивает, намекает на помощь в дальнейшей карьере и при выборе достойной спутницы… Это что? Намек на ее дочку? Мальвину с серыми жидкими волосами, тестоподобными телесами, пустым, как у дауна, взглядом… Да она настолько затюкана, что пару слов связать боится.

Ай! Я еще так молод. Не надо меня так скоропалительно замуж отдавать! Протухать, даже в достойном виде запеченного поросенка с петрушкой и лучком поверху, яблоком в зубах, посреди гречневой каши не на-а-а-до! Жить хочу.

И ведь как технично подготавливают. Не придерешься. Одни намеки. Никаких прямых предложений. Если попытаюсь вскрыть крючок под наживкой, то изобразят благородное негодование. Отказаться напрямую – аналогично. Согласиться? Да идут они лесом…

Вечером и последующие дни «ненароком» нас оставляли с Мальвиной наедине. Как собачек, снюхивали. Чем дальше – тем больше. Как представлю, что все пять лет учебы придется уступать, уступать и уступать – ох и тошно мне стало… И чем дальше – тем срамнее. Поползновение уйти в общежитие, как рядовому абитуриенту, взаимопонимания не нашло – не могли они оставить меня без родственной заботы. Перед моими родителями неудобно. С негодованием и прямым текстом о том, зачем я рвусь в общежитие. М-дя. Без всякого слалома, жестко рвать придется.

Ничего, кто ищет, тот всегда найдет. Как свинья – грязь. Сказать, что меня потряхивало от ужаса предстоящего развлечения – значит ничего не сказать. Коленками стучал, как челюстями на приеме у стоматолога.

Потащились мы большим кагалом на культурную программу – гулять в Центральном парке культуры и отдыха. Достойное убивание времени, особенно когда нужно готовиться к вступительным экзаменам, а тебя старательно оставляют наедине с люпоф-ф-фью, от которой бя-я-я-жать хоца. По этим огромным тенистым аллеям. И подальше… Ну, я и сбежал. Поздно перерешивать, когда летишь с вышки в воду. Нашел двух девок определенного поведения и заработка. Курил с ними, пока меня не нашли. Очень быстро нашли, надо сказать. Даже сигарету докурить не успел.

От ожидаемого сценария никто не отступил. Тетка закатила истерику, ее подруга с дочкой на следующий день укатили. А мне объявили, что вся семья родичей уезжает в отпуск через три дня. Прямо сказать, чтобы я сваливал в свое общежитие, духу не хватило. У меня здоровенная каменюга с души упала. И солнышко засияло, и «Какое небо голубое…»


С этой книгой читают
СССР стремительно несётся к Беловежскому предательству. Разрушаются крупные и средние предприятия. Военные производства переводят на выпуск кастрюлек и сковородок. Уникальные предприятия пытаются приспособиться к новым условиям и посылают своих специалистов на переобучение. Я попал на курсы в Ленинград, но быстро понял, что итог будет крайне неутешителен. Занимался честно, но все свободное время развлекался – учился в центре парапсихологии. Чувст
Второй курс в горном институте начался с осложнений. Стипендии и общежития лишили. Перейти в Школу высшего спортивного мастерства не смог. Частые походы на студенческие пьянки резко ухудшили оценки зимней сессии. После заслужено оскорбительной тройки от великолепного преподавателя решил коренным образом изменить жизнь. Взаимоотношения ужесточил не только с однокурсниками, но и с преподавателями. В результате весенняя сессия прошла блестяще. А в с
«Бросая костыли» Алексея Романова – автобиографическое произведение, в котором автор в контексте советской эпохи («оттепели») повествует о детских и юношеских годах вплоть до окончания школы. История становления Человека с большой буквы оказывается неразрывно взаимосвязана с преодолением жизненных препятствий, когда и товарищ тебе не во всем друг, и учитель иногда не поддержка. Читатель вместе с героем переживет самые яркие моменты, рассказанные
Очень приятно, когда все получается. Поступление в Школу высшего спортивного мастерства резко ограничило шараханье по жизни. Оценки за зимнюю и весеннюю сессии оказались отличными. Учебная практика многому научила в профессии и прошла блестяще. На производственной практике в Казахстане доказал хороший уровень не только в профессии, но и спорте. Результаты резко поднялись и мне прочили блестящие и спортивную и профессиональную карьеры. Жизнь удала
Во втором томе жизнь клуба набирает обороты! Герои продолжают делиться своими успехами и провалами, открывают новые горизонты и попадают в нелепые, но всегда поучительные ситуации. Это хроника настоящей дружбы, где каждое собрание превращается в мини-спектакль, а герои сталкиваются с внутренними и внешними вызовами. Смех и драма, личные откровения и неожиданные события делают этот том захватывающим продолжением.
Третий том захватывающей хроники Клуба «Последняя Пятница» готов подарить вам новые порции смеха, неожиданных поворотов и трогательных моментов. В этом томе собраны истории, которые делают Клуб таким живым и уникальным, от смелых экспериментов до глубоких размышлений.Автор предлагает вам уникальные рубрики и откровенные беседы, новые литературные победы и волшебные приключения.Читайте и наслаждайтесь атмосферой весёлых и трогательных встреч Клуба
«Все мы родом из детства» – и Алена Воробьева раскрывает суть этого выражения Антуана де Сент-Экзюпери, показывая в своей мемуарной прозе, как ребенок, взрослея, познает этот сложный и прекрасный мир. Книга дополнена фотографиями, стихами, цитатами из дневников.
Двадцативосьмилетняя Девочка живет в маленьком городке. Понимая, что её потенциал не вмещается в стены, она отправляется в неизвестность за чем-то большим. Без денег начинает путь с нуля в большом городе. Поиски себя, любви, места под солнцем. Не имея понимания о серьёзных отношениях, она проходит опыт любовницы и девушки курортных романов. Все что она умеет – мечтать и путешествовать. Та, кто хочет любви, но боится ответственности, та, кто хочет
Маргарита Шабурова была очень обеспокоена жизнью и здоровьем своего преподавателя японского языка Юрия Кузьмина и потому обратилась к профессиональному телохранителю Евгении Охотниковой. Учителю-сэнсэю уже несколько раз присылали угрожающие послания на японском, причем оба раза во время уроков. В первый раз курьер доставил Кузьмину старинную маску японского бога загробного мира Эмма. На следующий день – открытку с унылым осенним пейзажем и указан
Димитрий Дорн – преподаватель, книги он любит больше, чем женщин, но однажды, зайдя в букинистическую лавку, он увидел трепетную Элизабет. Димитрий намного старше ее, но она сразу согласилась стать его женой. Он поселил девушку в своем доме. Она печатала его лекции, сажала розы, пекла красивые торты, любила кошек и бабочек и даже, кажется, его, Димитрия… И все было бы идеально, если бы однажды в их доме не появился загадочный смуглый красавец – л
Известный роман Джеймса Оливера Кервуда «Бродяги Севера» – одно из лучших произведений мировой литературы о дикой природе. Удивительная дружба медвежонка и щенка, их совместная борьба за выживание, необыкновенные приключения, разлука и новая встреча полюбились нескольким поколениям читателей во всём мире. Яркие, реалистичные иллюстрации петербургского художника Владимира Канивца.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
В книге Дмитрия Киселёва описывается непростое время его службы в армии в 2002–2004 гг. на границе Дагестана и Чечни. Основные военные действия к тому времени уже окончились, но ситуация оставалась напряженной. Локально вспыхивали стычки с боевиками.Оказавшемуся на перевале Харами автору, из-за царивших тогда армейских «законов», воровства и попустительства со стороны офицеров, пришлось столкнуться с настоящим голодом, холодом, ужасающей антисани