Стивен Кинг - Обезьяна

Обезьяна
Название: Обезьяна
Автор:
Жанры: Мистика | Зарубежное фэнтези
Серия: Стивен Кинг. Собрание сочинений
ISBN: Нет данных
Год: 1997
О чем книга "Обезьяна"

«Она бросилась в глаза Хэлу Шелберну, когда его сын Деннис извлек ее из заплесневелой картонки «Ролстон-Пурина», задвинутой глубоко под чердачное стропило, и на него нахлынуло такое омерзение, такое отчаяние, что он чуть не закричал. И прижал кулак ко рту, загоняя крик обратно… И лишь покашлял в кулак. Ни Терри, ни Деннис ничего не заметили, но Пит недоуменно оглянулся…»

Бесплатно читать онлайн Обезьяна


[1]

Она бросилась в глаза Хэлу Шелберну, когда его сын Деннис извлек ее из заплесневелой картонки «Ролстон-Пурина», задвинутой глубоко под чердачное стропило, и на него нахлынуло такое омерзение, такое отчаяние, что он чуть не закричал. И прижал кулак ко рту, загоняя крик обратно… И лишь покашлял в кулак. Ни Терри, ни Деннис ничего не заметили, но Пит недоуменно оглянулся.

– Э-эй, клево! – сказал Деннис с уважением. В разговорах с сыном Хэл теперь редко слышал от него этот тон. Деннису шел тринадцатый год.

– А это что? – спросил Питер и снова посмотрел на отца, но тут же его глаза, как магнитом, притянула находка старшего брата. – Папа, что это?

– Да обезьяна же, пердунчик безмозглый, – сказал Деннис. – Ты что, обезьян никогда не видел?

– Не называй брата пердунчиком, – привычно сказала Терри и наклонилась над коробкой с занавесками. Занавески осклизли от плесени, и она брезгливо выпустила их из рук. – Брр!

– Можно я ее возьму, папа? – спросил Питер. Ему было девять.

– Чего-чего? – вскинулся Деннис. – Ее я нашел!

– Мальчики, перестаньте, – сказала Терри. – У меня голова разбаливается.

Хэл их не слышал. Обезьяна словно тянулась к нему из рук его старшего сына, скалясь в такой знакомой ухмылке – той, которая преследовала его в кошмарах все детские годы, преследовала, пока он не…

Снаружи на крышу налетел порыв холодного ветра, и бесплотные губы протяжно засвистели в старый ржавый водосток. Пит шагнул поближе к отцу, его взгляд тревожно заметался по грубому чердачному потолку в шляпках гвоздей точно в рябинах.

– Кто это там, папа? – спросил он, когда посвист замер в глухих всхлипываниях.

– Просто ветер, – ответил Хэл, не отводя глаз от обезьяны. В слабом свете единственной лампочки без абажура медные тарелки в ее лапах, раздвинутых примерно на фут, больше смахивали на полумесяцы, чем на диски. Они были неподвижны, и он добавил машинально: – Ветер свистит, а самого простого мотивчика не высвистит.

Внезапно он сообразил, что повторил присловье дяди Уилла, и его пробрала холодная дрожь.

Вновь раздалась та же нота – с Кристального озера налетел по длинной крутой дуге еще один порыв ветра и задрожал в водостоке. Полдесятка сквознячков защекотали лицо Хэла холодным октябрьским воздухом. Черт! Чердак был так похож на чуланчик в старом хартфордском доме, что они словно перенеслись на тридцать лет назад во времени.

Не стану думать об этом!

Но конечно, ни о чем другом он думать не мог.

В кладовке, где я нашел проклятую обезьяну в этой же самой картонке.

Терри отошла к деревянному ящику со всякими безделушками – двигалась она вперевалку из-за крутого наклона крыши.

– Она мне не нравится, – сказал Пит и ухватился за руку Хэла. – Пусть ее берет Деннис, если хочет. Папа, может, уйдем отсюда?

– Привидений струсил, говнюшка цыплячья? – осведомился Деннис.

– Деннис, прекрати, – рассеянно сказала Терри и вынула почти прозрачную фарфоровую чашечку с китайским рисунком. – Очень милая. Это…

Хэл увидел, что Деннис нащупал заводной ключ в обезьяньей спине.

– Нет! Не надо! – Ужас окутал его черными крыльями, голос у него невольно сорвался на крик, и он вырвал обезьяну у Денниса, неожиданно для себя. Деннис испуганно оглянулся. Терри тоже поглядела через плечо, а Пит поднял на него глаза. Мгновение они все молчали, а ветер снова засвистел, на этот раз очень тихо, будто было это нежеланным приглашением.

– То есть она, наверное, сломана, – сказал Хэл.

Она и была сломана… пока это ее устраивало.

– Мог бы и не вырывать так, – сказал Деннис.

– Деннис, замолчи!

Деннис заморгал и даже, казалось, смутился. Хэл уже очень давно не говорил с ним так резко. С тех самых пор, как потерял работу в Нэшнл аэродайн в Калифорнии два года назад и они не переехали в Техас. Деннис решил не нажимать… пока. И повернулся к картонке Ролстон-Пурина, снова принялся в ней рыться, но там не оказалось больше ничего, кроме хлама… старые игрушки, кровоточащие сломанными пружинками и набивкой.

Ветер теперь звучал громче, завывал, а не посвистывал. Чердак начал тихонько поскрипывать, словно кто-то ступал по рассохшимся половицам.

– Папочка, ну, пожалуйста? – попросил Пит так, чтобы услышать его мог только отец.

– Да-да, – сказал Хэл. – Терри, пойдем.

– Я еще не кончила…

– Я сказал пой-дем!

Теперь настала ее очередь испугаться.

Они сняли в мотеле номер с двумя смежными комнатами. В десять вечера мальчики уже крепко спали в своей, а Терри уснула в другой – для взрослых. На обратном пути из дома в Каско она приняла две таблетки валиума. Чтобы помешать нервам довести ее до мигрени. Последнее время она то и дело принимала валиум. Началось это примерно тогда, когда «Нэшнл аэродайн» уволила Хэла. Последние два года он работал в «Техас инструментс» – на четыре тысячи долларов в год меньше, но это была работа. Он говорил Терри, что им повезло. Она соглашалась. Сколько системных программистов живут сейчас на пособие по безработице, – сказал он. Она согласилась. Дома компании в Арнетт были ничуть не хуже, чем их дом во Фресно, – сказал он. Она согласилась, но он подумал, что, соглашаясь, она кривила душой.

И он терял Денниса. Он чувствовал, как мальчик отдаляется, до времени обретя скорость убегания, – прощай, Деннис, бывай, незнакомец, было очень приятно посидеть с вами в этом купе. Терри сказала, что ей кажется, мальчик курит марихуану. Она иногда улавливает запах. Ты должен поговорить с ним, Хэл. И он согласился, но еще не поговорил.

Мальчики спали. Терри спала. Хэл прошел в ванную, запер дверь, сел на опущенную крышку унитаза и посмотрел на обезьяну.

Было отвратительно ощущать ее в пальцах – этот мягонький бурый короткий мех, там и сям в пролысинах. Он ненавидел ее ухмылку – эта макака ухмыляется будто черномазый, сказал как-то дядя Уилл, но ухмылялась она не как черномазый и даже вообще не по-человечески. Не ухмылка, а оскал, и если повернешь ключ, губы задвигаются, зубы словно вырастут – зубы вампира, губы начнут извиваться, а тарелки – ударяться друг о друга, дурацкая обезьяна, дурацкая заводная обезьяна, дурацкая, дурацкая…

Он уронил ее. У него затряслись руки, и он ее уронил.

Ключ звякнул о выложенный плиткой пол. В тишине звук этот показался оглушительным. А она ухмылялась ему, и ее мутно-янтарные глаза, кукольные глаза, были полны кретиничного злорадства, и медные тарелки разведены, словно чтобы грянуть марш какого-то адского оркестра. На обратной стороне были выдавлены слова «Сделано в Гонконге».

– Ты не можешь быть здесь, – прошептал он. – Я бросил тебя в колодец, когда мне было девять.

Обезьяна ухмылялась ему с пола.

В ночи снаружи черное ведро ветра плеснуло на мотель, и стены задрожали.


С этой книгой читают
«Мама Джорджа подошла к двери, помедлила секунду, потом вернулась и взъерошила сыну волосы.– Мне бы не хотелось… чтоб ты волновался, – сказала она. – Ничего страшного с тобой не случится. С бабулей – тоже.– Конечно. Все о’кей. Передай Бадди, чтоб лежал мирно.– Прости, не поняла?..»
Много лет назад четверо мальчишек из маленького американского городка отправились в путь на поиски пятого – погибшего. В путь, лежавший через ночь. Через боль. Через страх. В путь, пройдя который, уже не будешь таким, как раньше…
«Итак, мы тащимся в школу.Зевотою сводит скулы.Ты спросишь – какие уроки?Мы – два урода-отрока,руки как крюки…»
«От Хорликовского университета в Питсбурге до озера Каскейд – сорок миль, и хотя в октябре в этих местах темнеет рано, а они сумели выехать только в шесть, небо, когда они добрались туда, было еще светлым. Приехали они в „камаро“ Дийка. Дийк, когда бывал трезв, не тратил времени зря. А когда выпивал пару пива, „камаро“ у него только что не разговаривал…»
Роман, который сам Кинг, считая «слишком страшным», долго не хотел отдавать в печать, но только за первый год было продано 657 000 экземпляров! Также роман лег в основу одноименного фильма Мэри Ламберт (где Кинг, кстати, сыграл небольшую роль).Казалось бы, семейство Крид – это настоящее воплощение «американской мечты»: отец – преуспевающий врач, красавица мать, прелестные дети. Для полной идиллии им не хватает лишь большого старинного дома, куда
Из роскошного отеля выезжают на зиму все… кроме призраков, и самые невообразимые кошмары тут становятся явью. Черный, как полночь, ужас всю зиму царит в занесенном снегами, отрезанном от мира отеле. И горе тем, кому предстоит встретиться лицом к лицу с восставшими из ада душами, ибо призраки будут убивать снова и снова!Читайте «Сияние» – и вам станет по-настоящему страшно!
Может ли спасение от верной гибели обернуться таким кошмаром, что даже смерть покажется милосердным даром судьбы?Может. Ибо это произошло с Полом Шелдоном, автором бесконечного сериала книг о злоключениях Мизери. Раненый писатель оказался в руках Энни Уилкс – женщины, потерявшей рассудок на почве его романов. Уединенный домик одержимой бесами фурии превратился в камеру пыток, а существование Пола – в ад, полный боли и ужаса.
Туман пришел в маленький провинциальный городок – ровно бы ниоткуда. Туман сгустился над узенькими улочками, вполз в окна домов. А из тумана вышла – смерть.Смерть многоликая, вечно голодная, вечно жаждущая человеческой крови! Смерть, имя которой – полчища монстров, слишком страшных не то что для реальной жизни – для кошмарного сна.Смерть, уносящая все новые и новые жизни…И теперь горстка чудом уцелевших храбрецов укрылась, как в осажденной крепос
Люди спешат на работу и заходят в странный автобус с номер 666, и он через вспышку яркого света попадает прямиком в ад. Оказавшись в нем, пассажиры понимают, что все они попали сюда не случайно. Выбравшись из автобуса, они убегают от какого-то зеленого тумана, преследующего их. Но затем он настигает их одного за другим, и в этом тумане каждого из них ждет испытание не на жизнь, а на смерть.
Не читай эти истории пред сном или будь готов к ночным кошмарам, ведь и в них есть особое удовольствие… Сборник рассказов «13» – для любителей острых ощущений, ценителей литературы в жанре ужасов, мистики (и немного постреализма).
Что происходит, когда по человеческим судьбам прокатывается колесо игры, игры, которую ведет чужой и чуждый мир? Правила ее неизвестны ни одной из сторон. Уже не важно, кто первым толкнул колесо. Остановить его нельзя, значит, в игре не будет победителей. В причудливой колоде меняются местами судьи, палачи, жертвы. И никто уже не будет таким, как прежде, и не будет прежним мир.Но никому не под силу переписать человеческую сущность.Это первая книг
Обычный человек, взявшись выполнить срочное задание начальства, внезапно оказывается втянут в череду странных и кровавых событий.
Империя рушится. Инсургенты, прикрываясь идеями свободы и независимости, один за другим вырывают миры из-под власти кайзера. Самая трагическая из всех войн, гражданская, становится отныне судьбой миллионов. Приходит она и на родину Руслана Фатеева, планету Новый Крым, на штыках имперского десанта и на крыльях монстров, вырвавшихся из-под контроля создателей.Чудовища-биоморфы, люди-биоморфы, планеты-биоморфы… Сменят ли они человечество, или кошмар
Существует мир, каким его видят люди, – плоская земля, искусственное небо, к нему приколочены звезды. А рядом с ним, как в мифах античности, существует мир богов. Боги – эгоисты, карьеристы и интриганы, они не в ладах друг с другом и презирают обманутых ими людей, из которых сосут энергию, проистекающую из веры, жертв и молитв. Эта энергия дает богам силу творить чудеса.Тысячи лет назад боги объединились против одного из равных себе и изгнали его
«МАИ – это моя молодость. Как сказал мой однокурсник Костик Злобин, это были годы свободы, красоты и счастья. Поэтому и появилась эта книга – как память об этом счастливом времени, о нашем самом творческом институте города Москвы. Конечно, это – прежде всего мой опыт: первая любовь, первые песни, первый бардовский слёт, стройотряд, путешествия по Кавказу автостопом, работа на базе МАИ в Крыму. И я очень благодарен однокурсникам, которые поделилис
Память очень интересный феномен. Иногда, мы можем забыть то, что должны были помнить всю жизнь или вспомнить, то чего никогда с нами не было. Память делает из нас полноценную личность. Ведь мы есть, что? Мы, есть наш опыт и знания, полученные в ходе нашей жизни, сохранённые в нашей памяти. И мы дорожим ей, как ничем другим. Что бы вы стали делать, если однажды, лишились бы этого дара? Забыли бы всё, что, когда–либо видели и слышали, всех друзей,