Александр Козачинский - Зеленый фургон

Зеленый фургон
Название: Зеленый фургон
Автор:
Жанры: Детские приключения | Детские детективы | Исторические приключения
Серии: Нет данных
ISBN: Нет данных
Год: 2012
О чем книга "Зеленый фургон"

Одесса, 1920 год. После многократной смены власти, в Одессу вошла наконец Красная армия. У новой рабоче-крестьянской милиции не было опыта в работе, поэтому в ее рядах были люди чаще всего случайные и неумелые. Среди них пожилой рабочий типографии и бывший гимназист, юноша из интеллигентной семьи, страстно желающий помочь Советской власти. Эти два столь «подходящих» для оперативной работы человека неожиданно совершают настоящий подвиг – ловят опытного вора-конокрада Красавчика.

Бесплатно читать онлайн Зеленый фургон


Зима 1931 года была в Гаграх необычайно суровой.

Весь декабрь шел дождь; в январе повалил снег. Это был очень странный снег, хотя так, по-видимому, и должен был выглядеть субтропический снегопад. Огромные, величиной с яблоко, снежинки, нарядные, как елочные украшения, медленно опускались в неподвижном воздухе, и это медленное, монотонное падение не прекращалось ни на минуту в течение шести недель. Листья пальм не выдерживали тяжести непривычного снежного груза и ломались. Розы, которым полагалось цвести в это время, распускали свои лепестки над снежной пеленой, как лишайники севера. Так, наверное, выглядели тропические леса Европы в начале ледникового периода.

Всю зиму по Черному морю гулял шторм. На узкую полоску гагринской земли обрушивались огромные молчаливые волны. Они двигались медленно, длинными правильными шеренгами, на очень большом расстоянии друг от друга, неся на своих гребнях толстых морских птиц. Споткнувшись о берег, валы опрокидывались, а птицы, исчезнув на миг, появлялись на гребне следующей волны. Ровный гул моря не умолкал много недель и уже не воспринимался как шум; прибой казался беззвучным, как снегопад.

Однако Гагры лишились не только тепла, солнечного блеска и благоухания цветущих садов, но также и электрического освещения. Гагринская гидростанция, равная по мощности мотоциклету, приводилась в действие водопадом, свергавшимся с отвесного склона Жоэкварского ущелья. Это был небольшой водопад; он мог бы весь, до последней капли, уместиться в обыкновенной водосточной трубе. Но декабрьские ливни превратили тощую струю в мощный поток, и гидростанция захлебнулась в нем; январские морозы сковали поток, и гидростанция осталась совсем без воды.

На фоне этих странных и грозных явлений особенно зловеще выглядела гибель духана «Саламандра». В старой гагринской крепости друг против друга расположились два конкурирующих артельных духана: «Феникс» и «Саламандра». Темной январской ночью, когда шторм бушевал с особенной силой, «Саламандра», к великой радости «Феникса», сгорела. Духан сгорел со всеми скорпионами, жившими в трещинах крепостной стены. Они были гордостью духана; каждый посетитель, осветив щели спичкой, мог любоваться скорпионами, которые настолько привыкли к аромату шашлыков, запаху красного вина и веселью гостей, что превратились в совершенно безобидных насекомых вроде сверчков или шелковичных червей. Мрак и пламя скрыли от глаз картину гибели скорпионов, но говорят, что все они, согласно обычаю, покончили самоубийством, ужалив себя в голову и проклиная обманчивое название духана, которому доверились. В Гаграх и сейчас охотно рассказывают об этом событии.

Но гибель «Саламандры» не была последним звеном в цепи несчастий. Большая гора обрушилась на автомобильную дорогу к северу от Гагр, а дорога на юг, размытая дождями, сползла в море. И ни один пароход из-за шторма не останавливался на открытом гагринском рейде. Городок, засыпанный снегом, скованный стужей и погруженный в темноту, оказался отрезанным от всего мира.

Множество людей, собиравшихся провести в Гаграх месяц отдыха, остались здесь на невольную зимовку. Они бродили по засыпанному снегом гагринскому парку в тюбетейках и макинтошах, подобно доисторическим людям, которые зябли в своих демисезонных шкурах среди надвинувшихся отовсюду ледников.

Если бы не морозы, штормы и обвалы, литературный клуб в бывшем замке принца Ольденбургского, вероятно, никогда бы не возник. Всем, бывавшим в Гаграх, знаком вид этого здания, эффектно прилепившегося к почти отвесному склону горы, построенного из камня, но в том прихотливом и затейливом стиле, который характерен для архитектуры деревянной. Бывшее жилье принца не поражало внутри ни роскошью, ни комфортом; в наши дни никому не пришло бы в голову назвать подобное здание дворцом. Впрочем, во всех комнатах принц поставил нарядные камины, украшенные разноцветными изразцами. У одного из этих каминов и собрались члены литературного клуба, обязанного своим зарождением разбушевавшимся стихиям, и прежде всего стихии скуки.

От скуки страдали все жители санатория, кроме, разумеется, шахматистов. Садясь за доски с утра, они наносили друг другу последние удары уже в полной темноте. Придя после многочасовых усилий к ладейному эндшпилю, не замечая темноты, а может быть, и пользуясь ею, они ощупью старались загнать друг друга в матовую сеть. Не унывали и фотолюбители, с редким упорством снимавшие в течение всего срока пленения один и тот же цветущий розовый куст, полузасыпанный снегом. Тем же, кто был свободен от этих увлечений, было плохо. Все надоело, хотелось домой. Казенные пижамы скрипучего желто-зеленого цвета, мертвый час, вдохи и выдохи на утренней зарядке, добрые няни, снующие по коридорам с грелками и клизмами, кровати с сетками, чувствительными, как сейсмограф, и шумными, как камнедробилки, надпись на дверях поликлиники, извещающая о том, что «рентгеновские лучи работают по четным и нечетным числам», – все то, что вначале радовало, казалось приятным, удобным, забавным, сейчас оставляло сердца холодными, раздражало, выводило из себя. Дошло до того, что никто уже не хотел взвешиваться на зыбких медицинских весах в докторском кабинете. Кое-кто из больных уже поговаривал о том, чтобы «тюкнуть» по маленькой. А нескольких диетиков главврач застиг внизу, в крепости, в духане «Феникс», где диетики пожирали чебуреки, запивая их «Букетом Абхазии».

Вот в какой обстановке зародился литературный клуб у зеленого камина, в палате номер семь. Сначала здесь занимались только игрой в отгадывание знаменитостей и разложением слов. Потом стали рассказывать разные истории, преимущественно страшные. Однажды кто-то предложил не рассказывать их, а записывать.

Ничего нет легче, чем убедить человека заняться сочинительством. Как некогда в каждом кроманьонце жил художник, так в каждом современном человеке дремлет писатель. Когда человек начинает скучать, достаточно легкого толчка, чтобы писатель вырвался наружу.

Чтения происходили по вечерам. В зеленом камине сердито шипели и плевались сырые поленья. Красноватый свет керосиновой лампы освещал пространство перед камином, оставляя углы палаты темными. Члены клуба занимали свои постоянные места. Слева садился почтенный хлебопек Пфайфер, обратив к огню свое доброе лицо старухи. Рядом с ним устраивался военный интендант Сдобнов, всегда докрасна выбритый, в пижаме и сапогах. Еще дальше располагалась на кургузом диванчике женщина-врач Нечестивцева. Председатель клуба Патрикеев устраивался на двух чурбанчиках, поставленных на торцы. Как литератор он был освобожден от писания рассказов, но зато ему было поручено топить камин и следить за угольками, падающими на паркет. В углу на кровати сидел закадычный друг Патрикеева – доктор Бойченко, человек тихий, серьезный, ленинградского воспитания. Рядом с ним, на другой койке, лежал юрисконсульт Котик, жгучий брюнет с коричневыми белками и волнистыми усами Мопассана.


С этой книгой читают
Александр Козачинский (1903–1943) – человек удивительной судьбы: красавец-одессит, футболист, сотрудник уголовного розыска, лихой грабитель, главарь банды налетчиков, журналист, писатель… За свою недолгую жизнь он написал всего несколько рассказов и одну повесть. Зато какую! Его «Зеленому фургону» суждено было стать одним из самых привлекательных и самобытных произведений советской литературы, выдержать множество переизданий и быть дважды экраниз
«Новый год – мой любимый праздник: подарочки, конфетки, кругом веселье! Я тоже решил порадовать всех жителей Джингл-Сити и приготовил для них новогодние сюрпризы. Интересно, понравятся ли они джингликам?» – БедокурПриятного чтения!В формате pdf A4 сохранен издательский дизайн.
История, которую вы сейчас прочитаете, – настоящая сенсация. Я даже написала о ней на первой странице газеты «Джингл Таймс». А произошла она из-за того, что я очень-очень занята на работе и на домашние дела у меня совсем нет времени. – КотяВ формате pdf A4 сохранен издательский дизайн.
История, которую вы сейчас прочитаете, – настоящая сенсация. Я даже написала о ней на первой странице газеты «Джингл Таймс». А произошла она из-за того, что я очень-очень занята на работе и на домашние дела у меня совсем нет времени. – КотяВ формате pdf A4 сохранен издательский дизайн.
Чарли и Гертруда живут в странном месте, где даже вопросы о родителях запрещены. Казалось бы, побег невозможен! Но всё меняется с появлением таинственного гостя. Он вручает каждому билет «В-Один-Конец-Два» и помогает вернуться «домой». Старые-новые друзья, первый взмах крыльев и воспоминания, которых… не могло быть. Кто разгадает главную тайну Бердольки?
The Parasite was an 1894 novelette about Austin Gilroy who studied physiology and knows a professor who studies the occult. The young man is introduced to a middle-aged woman known as Miss Penclosa, who has a crippled leg and psychic powers. Gilroy begins to visit this psychic and look at the physical part of her powers. Miss Penclosa falls in love with the unfortunate Gilroy. When she uses her powers on him, Gilroy is angered and rejects her. Sh
Sherlock Holmes is sitting in a cocaine-induced haze until the arrival of a distressed and beautiful young lady forces the great detective into action. Each year following the strange disappearance of her father, Miss Morstan has received a present of a rare and lustrous pearl. Now, on the day she is summoned to meet her anonymous benefactor, she consults Holmes and Watson.
В данной, предлагаемой мной, книге излагается суть Имитатора Метаразума согласно великому немецкому и российскому философу Иммануилу Канту.Мной утверждается, что на основе чистого разума по Канту и практического разума в Бытии по Канту можно создать Имитатор Метаразума по Канту.Дополнительно показаны некоторые парадоксы мировоззрения человека по Сократу.
В 2017 году я начала вести блог о парфюмерии в ЖЖ. В качестве проекта по самообразованию в мире ароматов. Покупала пробники и миниатюры, пробовала, записывала свои впечатления, искала информацию о бренде. В итоге за 4 года у меня есть уже 2 напечатанные книги и 8 электронных, в которых я собрала воедино все свои записки. И всё это – Дневники любительницы парфюмерии. Впечатления, ассоциации, воспоминания. Эти мои дневники – знакомство с миром парф