Владимир Бутенко - Казачий алтарь

Казачий алтарь
Название: Казачий алтарь
Автор:
Жанры: Книги о войне | Историческая литература
Серии: Нет данных
ISBN: Нет данных
Год: 2008
О чем книга "Казачий алтарь"

Художественно-документальный роман в трех книгах – захватывающее, яркое произведение современной литературы. В монографии, изданной в Ставропольском государственном университете (под редакцией профессора О. Страшковой), многие литературоведы ставят «Казачий алтарь» в один ряд с романом М. Шолохова «Тихий Дон» по эпическому охвату событий, объективности историзма и художественному мастерству.

Впервые в художественной литературе автор обратился к событиям Второй мировой войны, происходившим на Северном Кавказе и в Европе. В центре романа – драматическая судьба семьи Шагановых. Герои по разному решают проблемы нравственного выбора, но ведет их чувство преданности и любви к родной земле, верность казачьим традициям. Увлекательно и самобытно рассказывается о жизни простых станичников и атаманов, одинаково близких писателю, сумевшему создать цельные сильные характеры земляков, по новому осветить подлинные причины раскола казачества в годы войны. Точно живые встают на страницах произведения известные исторические личности: писатель И. Бунин, атаман П. Краснов, комкор А. Селиванов, представители высшего руководства «третьего рейха».

Непринужденность повествования и глубина осмысления событий, множество интереснейших фактов и ситуаций, образная народная речь и целая россыпь интригующих деталей, элементы фантастики – всё это сделало эпопею В. Бутенко заметным явлением в российской литературе.

Бесплатно читать онлайн Казачий алтарь


Книга первая

…И увидел я мертвых, малых и великих,
стоящих перед Богом, и книги раскрыты были,
и иная книга раскрыта, которая есть книга жизни…
И тогда отдало море мертвых, бывших в нем,
и смерть и ад отдали мертвых, которые были в них;
и судим был каждый по делам своим.
Откровение, глава XX

Мой друг – твой товарищ.

Недруг твой – и мой супротивник.

Но если кто третий одному окажется любым, а другому ненавистным, то повинны все трое.

И судьи нам, не разломившим хлеб поровну, – шашки.

Казачья клятва

Часть первая

1

…Мальчишки, гонявшие голубей, видели, как вдруг показались высоко в ясном предвечернем небе два черных крестика и – канули.

Но спустя несколько минут громоподобный гул круто покатился к хутору! Штурмовики низринулись с обожженной зноем выси. Вот уже стала хорошо различима на закругленных крыльях свастика! Ярко сверкнули стекла кабин. Скользнули по улицам изломистые тени. И бомбы впервые рухнули на землю, горячую и родящую, пахнущую, как всегда в августе, молодой пшеницей и полынью.

Война!

Бомбежка застигла многих хуторян на огородах. Будто стеганула по ногам размашистая плеть и – скосила. И лежали они, объятые неведомым страхом, вжимаясь телами в заклеклый чернозем, ощущая непрочность плоти своей и уповая на везение да высшую милость. Господи, сохрани и помилуй! И только старик Шаганов оставался неподвижен. С поднятой головой стоял он на береговой низине, высокий и худой, сжимая в руках косу. Ветер полоскал седую бороду, трепал подол линялой казачьей рубашки. На загорелом лице, искривленном гримасой гнева, шевелились губы. В сердцах он даже замахнулся косой вслед самолетам, устремившимся к святопольскому шляху…

Война!

Как только взрывы затихли, хуторской люд, опасаясь повторного налета, кинулся в укрытия, в прохладу сумрачных погребов. И вновь Тихон Маркяныч Шаганов, вопреки общей суматохе, подался с огорода без спешки, уступая настойчивому зову снохи Полины. Прежде чем спуститься в подземелье, повесил косу под застреху сарая и сладил самокрутку.

Ощупью он спустился на дно каменной темницы, где устоялся аромат дынь, пахло брагой и кислиной огурцов. В напряженной тишине смутно обозначились силуэты женщин, примостившихся на опрокинутой пустой кадушке. Тихон Маркяныч чиркнул спичкой, прикуривая, и заодно высмотрел место на краю рундука.

– Ну, с крещением, милые! – неостывшим голосом проговорил старик и осекся, удивленный тем, сколь громко прозвучали под низкими сводами его слова.

Потрясение от внезапной бомбежки сковало казачек немотой, ни Полина Васильевна, ни Лидия не откликнулись. Лишь в наклонном луче, падавшем от щели в дверце, блеснули испуганные глазенята правнука Федюньки. Он ерзнул на коленях у матери и шепотом спросил:

– Дедунь, а мы долго будем ховаться? А то холодно…

Лидия крепче прижала его к себе, а бабушка сдернула с головы косынку и укрыла плечи мальчонки, глухо проронила:

– Потерпи трошки, болезочка.

Ожидание новой беды томило души. Обостренный слух ловил малейшие звуки во дворе. Вот мимо погреба, квохтая, прошла разморенная жарой курица. Тонко жужжа, в полусвете пригребицы закружилась над ящиком с грушами оса. Потом послышалось, как проволокла цепь Жулька и так же, как обычно при раскатах грома, стала пронзительно взлаивать.

– Значится, уже близко фронт, – вздохнула Полина Васильевна и, помолчав, прибавила: – За грозу, глупая, принимает…

– Немцы? Да, мама? – встревожился мальчик.

– Они далеко, сыночка… Не бойся, – успокоила Лидия, жадно вдыхая запах его волос, припорошенных подсолнуховой пыльцой.

– Ты, Федор, не робь! – ободрил прадед. – Раз есть ты коренной казак, то должон не страшиться. Ни германца, ни турку, ни японца косоглазого. А черт явится – по рогам его! Понятно тобе?

– Ага.

– А как по уставу ответствовать?

Пострел заученно выкрикнул:

– Так точно!

– Во! Сразу видно, чейный ты правнук.

– Такое творится, а вы шуткуете! – не сдержалась сноха. – Яша на фронте. Степан Тихонович наш в голом степу. Сердце разрывается! А вам и байдуже.

– Будя! Неча нюни распускать! – Тихон Маркяныч швырнул окурок под ноги и встал с рундука. – Чо же теперича? Башкой об стену биться?.. Стервятники, небось, уже черт-те иде, а мы тута кости морозим! Вы как хочете, а я добровольно в яме[1] загинать не стану! Да и какой там фронт?.. Самая что ни на есть, обнакновенная гроза собирается. По горизонту тучки блукатили.

– Вы куда? Папаша! – всполошилась Полина Васильевна, но своеволец, горбясь, уже поднимался по ступеням. В распахнутую дверцу плеснул розовый закатный свет. Открылся клочек чистого неба. Повеяло теплом. И явственно донеслась канонада.

– А почему так долго гремит? И не гроза это вовсе, а война! – как взрослый, уверенно заметил Федюнька. – Я в кине про Чапая слыхал, как пушки бьют…

Мальчуган замер на полуслове, почувствовав кожей виска, что теплая мамина щека вдруг стала мокрой. Он обернулся и сурово, как прадед, спросил:

– Ты чего, мам? Ты не плачь! Мы с дедуней как возьмем ружье!

– Это я так… Замерзла.

– Не к добру слезы, – попеняла свекровь. – Надо богу молиться!

– Сами текут… А вдруг Яков где-то поблизости!

Полина Васильевна вздрогнула, но ответила не сразу:

– Нет. Далече он. Сердце не вещает.

Настилающийся саднящий гул, показалось, даже здесь, в погребе, колыхнул воздух. Задребезжала сдвинутая крышка кастрюли. Лидия напряглась, сильно прижала сынишку. Полина Васильевна торопливо закрестилась. Но вскоре на дворе стихло.

Тихон Маркяныч заглянул в дверной проем и проворчал:

– Туча самолетов пролетела. Анчибелы проклятые!.. Зараз принесу вам теплую одежу… Оно и правда. Пересидите час-другой. Бес его знает, чо у них на уме… А я вам буду обстановку докладать…


Бывшему старшему уряднику конно-артиллерийского дивизиона Тихону Шаганову на своем долгом веку с лихвой довелось наслушаться и посвиста пуль, и воя снарядов, и сабельных запевок. По приказу Главного управления казачьих войск, в начале столетия, часть, в которой служил Тихон, была направлена в Маньчжурию. В знаменитом сражении под Мукденом донцы-артиллеристы стояли насмерть, до последнего заряда. А затем, смекнув, что взяты в кольцо, ринулись в лобовую конную атаку. Сеча была жуткая. В числе немногих пробился к своим и старший урядник. Обе его руки до самых плеч были окровавлены. На правой запеклась вражья, на левой – своя. В последний миг, заметив летящий сбоку палаш, успел Тихон увернуться, но вскинутую левую ладонь, как веточку, пересекла каленая сталь. Только и уцелели на ней два пальца: большой да указательный.

В станице родной встретили героя с почетом. На груди принес русочубый Тихон два Георгиевских креста, в подсумке – денежное вознаграждение. Казаки грубовато пошучивали: отучил япошка старшего урядника дули крутить… Неделю гулял он напропалую. На радостях пил у себя дома и у родичей, вперемежку со слезами – в куренях погибших односумов.


С этой книгой читают
В книге представлены известные произведения В. Бутенко, опубликованные в «Антологии российской прозы», журналах «Роман-газета» и «Наш современник», а также написанные недавно.Поэтический раздел составляют избранные стихотворения, пользующиеся неизменным интересом у читателей. Творчество В. Бутенко, одного из лучших современных российских писателей, рекомендовано к изучению по региональному компоненту в школах.
1775 год. Екатерина Великая только что победоносно завершила войну с Портой и усмирила бунт Емельяна Пугачева. Но в Запорожской Сечи зреет новый мятеж, который готовит кошевой атаман со своими турецкими и крымскими союзниками. Неспокойно и в Европе: обострились отношения между Францией и Англией с началом борьбы Соединенных Штатов за независимость. Особая миссия выпала на долю русского агента Александра Зодича, действующего в Париже и других стра
Действие романа разворачивается на Кавказе и на Дону, в Крыму, Петербурге, Венеции, Версале. 1774 год. Русские войска успешно добивают остатки турецкой армии на Балканах. Долгожданный мир не за горами. Но турецкий султан все еще не оставляет попыток переломить ход кампании в свою пользу и посылает верного вассала – крымского хана – в гибельный поход на Кубань… Вторая часть романа повествует о ликвидации Запорожской Сечи, о создании Азово-Моздокск
1774 год. Русские войска успешно добивают остатки турецкой армии на Балканах. Долгожданный мир не за горами. Но турецкий султан все еще не оставляет попыток переломить ход кампании в свою пользу и посылает верного вассала – крымского хана – в гибельный поход на Ставрополье. Регулярных частей в краю немного, но на защиту родной земли поднимаются терские казаки и насельники от мала до велика. В сражении на речке Калалы и при обороне Наур-городка ка
Роман о судьбах офицеров Советской армии, выполнявших свой интернациональный долг на афганской земле, а после в далеких гарнизонах, разбросанных по всему бывшему СССР. И как констатация известных горьких фактов многие, самые достойные из них, по праву носившие звание ОФИЦЕРА и любившие Родину, оказались отвергнутыми и забытыми в своей стране.
Общество любителей российской словесности (ОЛРС) подготовило сборник статей мемуарного характера, посвящённый периоду Великой Отечественной войны.Статьи сборника представляют собой воспоминания ветеранов и участников войны; людей, бывших детьми перед началом и во время Великой Отечественной войны; в некоторых мемуарах авторы рассказывают о боевом пути своих родственников и знакомых.Все материалы книги написаны доступным для массовой аудитории язы
Великая Отечественная. Красные соколы и матерые асы люфтваффе каждодневно решают, кто будет господствовать в воздухе – и ходить по земле. Счет взаимных потерь идет на тысячи подбитых самолетов и убитых пилотов. Но у Григория Зворыгина и Германа Борха – свой счет. Свое противоборство. Своя цена господства, жизни и свободы. И одна на двоих «красота боевого полета».
Роман «Сестры» рассказывает о судьбе двух молодых сибирских женщин Валентины и Марии, и охватывает период их жизни от начала Великой Отечественной войны и, примерно, до перестройки, т. е. самые тяжелые и противоречивые годы современной России. Это история двух сестер, которые, преодолевая выпавшие на их долю испытания войной, лишениями и унижением, прожили жизнь в борьбе за любовь, за семью, за Родину и собственное достоинство.Книга написана на о
Казимир Северинович Малевич – российский художник-авангардист, теоретик искусства и философ, вошедший в историю искусства, как автор знаменитого «Черного квадрата». Полотна Казимира Малевича в настоящее время являются наиболее дорогими из всех российских художников. Его картина «Чёрный квадрат» оценивается международными экспертами в 20 миллионов долларов, а другая его картина «Супрематическая композиция» продана в 2008 году на торгах Sotheby’s в
В январе в холодном Ленинграде Вверх взлетает праздничный салют, Уже мало в мире кто там знает, Это выживших людей и город чтут… Не погиб, стоял наш Ленинград Эти три блокадных страшных года, И народ России очень рад, Дорогая у него свобода…
Международный научный журнал «Все науки», созданный при OOO «Electron Laboratory» и Научной школы «Электрон», является научным изданием, публикующим последние научные результаты в самых различных областях науки и техники, представляя собой также сборник публикаций по вышеуказанным темам коллегией авторов и рецензируемый редколлегией (учёным советом) Научной школы «Электрон».
Данная книга написана автором как дополнение к курсу «Таро Райдера Уэйта» в школе «Tarot Time». Таро – это образно-символический язык и выучить значения тут недостаточно. С помощью данной книги Вы научитесь глубже понимать суть карт Таро, а это значит, что Вы будите видеть суть карты, понимать и знать как ее трактовать, а не додумывать. Книга будет полезна как новичкам, там и практикующим тарологам.